Север с немым вопросом взглянул на мужчину напротив, а тот указал в конец зала, где стояли разбитые деревянные коробы.
— Проводить? — спросил Север.
— Нет, сама справлюсь.
Она направилась к своему эвакуационному шансу.
Кто ее заберет? Пусть это будет человек Марка. Ей нужен сейчас человек Марка. Иначе все было зря.
Анна миновала танцпол и свернула к темному коридору, из потолка которого торчали оборванные концы электропроводки. Она дошла до стены и в растерянности оглянулась. Никого не было. Здесь, конечно, темно, но не настолько чтобы спрятать без следа человека.
Анна дернула ручку, причем именно с дамской табличкой. Она на ощупь вошла в кромешную тьму и сразу почувствовала скользкий кафель под ногами, который стал совсем травмоопасным от налипшей грязи.
— Черт, — бросила она, пытаясь нащупать выключатель.
— Он правее, — подсказал знакомый голос.
Внутри все оборвалось. И от неожиданности, и от его близости. Она не смогла справиться с предательским волнением, и, перепутав стороны, заскользила ладонью по левой стороне. На что он тяжело вздохнул.
— Черт, — повторила Анна, закипая.
— Ты не знаешь, где право?
Его теплая и уверенная рука вдруг обхватила ее ладонь. Похоже, он уже привык к темноте и безошибочно в ней ориентировался.
Свет зажегся с щелчком. Анна зажмурилась от его интенсивности, понадобилось секунд десять, чтобы привыкнуть. Когда она разлепила веки, то угадала Марка прямо перед собой. Он не отодвинулся и на миллиметр, продолжая нависать над ней всем телом и высматривая ее реакцию. Началось.
— Было уговорено, что в коридоре, — пожаловалась она.
Он смотрел без единой эмоции, будто еще не решил, какую изобразить.
— Я слышал твои шаги. Если бы ты продолжила тупить, я бы вышел.
И голос такой же. Выжатый и чужой.
— Почему ты?
Она не решалась выскользнуть из-под его тела, но и дышать уже становилось нечем.
— Мне так захотелось, — ответил Марк.
Он отступил сам.
Глава 38
— Ты бледная, — сказал Марк и облокотился на раковину.
Анна почувствовала, как медленно, но верно улетучивается весь ее бойцовский запал. Будто из шарика, посвистывая, выходил воздух.