Не хочешь по-хорошему?

— Я не хочу твое тело на одну ночь. Я хочу тебя всю. Но готова ли ты дать мне это?

Если он пытался задать вопрос, то очень зря. Я сейчас ни то что отвечать, соображать могу с трудом, поэтому лишь молча взираю на протрезвевшего от сладкого дурмана Хасанова и молчу.

— Видишь…Будь ответ положительным, ты бы уже дала мне знать.

Его убийственная логика не укладывается в моей голове и я закусываю губу, досадливо хмурясь.

— Как только ты захочешь пойти со мной до конца, дай знать. А пока, извини, трахать тебя я не стану.

Выпрямляется, а я с трудом сдерживаюсь чтобы не разораться! То есть он… Вот так взял и…

— Сволочь! — вырывается у меня против воли и в ответ Арман улыбается и в его глазах мелькает нотка боли и обреченности, словно ему самому свое решение не очень нравится.

— Да, детка. Но ставки сделаны, ставок больше нет.

Поджимаю губы и выпрямляюсь, едва не наступив в креманку с мороженым.

— Спокойной ночи! — отрезаю обиженно и с видом гордой королевы гарцую в спальню, спиной ощущая тяжелый взгляд бывшего мужа, который вдруг решил что хочет сменить статус…

60

Утром первым делом после пробуждения мы завтракаем очередной порцией вредностей.

Но я решаю, что раз в году, на день рождения моего любимого крошки, можно сделать исключение. Настроение после ночи не самое радужное, все же уснуть мне удалось не сразу, а мучительная агония, терзала тело еще долго после того как я ушла из гостиной.

Все-таки сволочь этот Хасанов! Сам недвусмысленно дает понять, что хочет секса, и так же недвусмысленно бортует меня! Надеюсь, ему спалось так же плохо как мне!"

"Одеваюсь в легкое льняное платье цвета оливок, оно оттеняет цвет глаз и отлично подчеркивает фигуру, и я остаюсь довольна своим внешним видом.

Хотя бы что-то радует, потому что наглая невозмутимая морда Хасанова только бесит своей многозначительностью. Он смотрит на меня так, будто знает какой-то секрет, а я намеренно игнорирую его эту хитрую улыбочку, мол не играю в его игры.

Хотя признаться честно, я все же задерживаюсь взглядом на его мощной фигуре, когда мы втроем входим в лифт.

На моем бывшем муже сегодня песочного цвета брюки и белая рубашка, расстегнутая на груди в аккурат до виднеющейся в вырезе цепочки. Чертов идеал — сказала бы моя горе подруга. И думаю, она была бы права.

— Мам, а мы пойдем в барбершоп? — Сережа дергает мою руку и вопросительно заглядывает в глаза, а я непонимающе хмурюсь и смотрю на Армана.

Тот загадочно улыбается, и я опускаю взгляд на сына.