Надо срочно все проверить и удалить, если вдруг Глашу там затронули!
— Успокойся, поговорили хоть? — пытается узнать.
Но нас прерывает щелчок двери.
В коридоре раздается стук каблучков.
Отхожу от Расула.
Глаша.
На щеке отпечатался след рукава моего пиджака.
Глаза еще заспанные, но уже мечут молнии.
Забросив сумочку на плечо, чеканит шаг гордо к лестнице.
Молчу, проглотив язык. Я в нее по уши… Глубоко так. Мне она даже в ярости нравится. Ведь какая сильная стала, гордая, на язык острая. Такая, какой я ее иногда чувствовал, не боящаяся сказать все, что думает.
В последний миг Глаша разворачивается в сторону Расула.
— С вашей семьей я больше не работаю. Авансы за будущие заказы верну сегодня же, как только доберусь до офиса.
И цокает каблучками по лестнице вверх.
Мне — вообще ни слова.
Только взгляд пронзительный и непонятный!
Что она этим взглядом сказать хотела? Я аж потерялся.
— А? — вскидывает брови Расул. — Не понял. Вернет авансы?! Как? Что это значит?
— Это, мой друг, значит, что жинка твоя нарядами от моей Глаши щеголять не будет.
— Не понял. Это вообще при чем здесь? Бизнес и… обиды личные! При чем тут это? — не догоняет. — Ты же не серьезно.
— Серьезно, — киваю. — Ты даже себе не представляешь, насколько все серьезно. Это же Глаша. Она и деньги вернет, уже помчалась возвращать, и от заказов откажется. Из принципа. Уж такая она… — вздыхаю."
"Поднимаюсь следом за Глашей по лестнице.
Грохочет дверь вдалеке. Уже выбежала… Такси вызывает, наверное.
— Так не годится, — говорит за моей спиной Расул. — Что значит вернет? Моя жена ей два платья заказала. У нее выставка через три месяца. Она что-то такое вау там заказывала, хвасталась! Что значит, вернет?! Не годится.
— То и значит, вернет. Все, не ной. Не будет твоя жена выглядеть вау, как круто, забудь.
— Пиздец. Мне Саша мозг сожрет! — выдыхает как будто с ужасом. — Эй, Кэп! Ты… Давай… Налаживай там… С принципиальной своей, слышишь. Ночуй на коврике, проходу не давай.
— Завались.
Догоняю Глашу на парковке. Так и есть, отслеживает в приложении, сколько минут до приезда такси. Взгляд не отрывает.
— Я тебя могу подвезти.
— Нет, — отворачивается.
— Глаш…
— Ну, что?! Высказался, умница. Вот только мне твои рассказы не вернут годы, проведенные в одиночку. Да, с друзьями, с семьей. Но…
В глазах мелькают слезы.