Сомневаюсь, что у нас что-то было. В таком наряде моё тело просто не найти. Запутаешься в рюшечках, так и помрёшь от старости неудовлетворенным.
Он следил за мной взглядом. Молчал. Вот правильно. Нечего со мной разговаривать в таком тоне, если я даже не позавтракала. Так. Умываюсь и сваливаю от этого любителя косплея. Где ж я его подцепила-то? Ума не приложу.
А меньше надо работать, Роза! Глядишь, и провалы в памяти бы не случились. Это всё от переутомления. Не иначе.
Первая дверь выходила в какую-то гостиную.
И эту дверь захлопнула, под интересующийся взгляд, следящий за моими хождениями от двери к двери, я открыла третью.
Ванная! То, что надо! Удивляться уже не имело смысла. Слышала я, конечно, про золотые унитазы депутатов, но тут… похоже , это дом возомнившего себя царём всея Руси, не меньше.
– Очуметь! – остановилась как вкопанная перед зеркалом в полный рост. – О-чу-ме-ть.
Я не верила своим глазам. Даже руки по очереди поднимала и состроила кривую рожицу, чтобы понять, что это точно я.
Из отражения на меня смотрела златовласка. Высокая, худощавая, излишне худая, как по мне, Всё остальное скрывало мешковатого кроя, свисающая до пола тряпка. Я стянула её с себя, уставившись на своё тело и панталоны.
О боже мой! Худые ляшки, свободные панталоны, висящие как на доске. Грудь, хоть размером не обидела, но тоже обтянута в какую-то не то майку, не то блузу.
И самое главное, что я больше не была темноволосой.
Я насколько себя помню, всю жизнь подкручивала плойкой свои прямые черные локоны.. А у этой, пока с собой я своё отражение не ассоциировала, были золотые кучеряшки мило свисающие на плечи.
О, господи! Майн Гот! Я еще за ногти переживаю. Это же не я! Это всё сон. Сон! Сейчас пойду.
Я просто переработала. Да. Не иначе.
Я снова натянула на себя эту безобразную тряпку. Что я там говорила? Ни в жисть не надену? Ну что поделать? Беру слова обратно. Не голой же выходить. Даже во сне я стеснялась незнакомого мужика. Хотя мелькнула мысль, а во сне же всё можно, может пойти и предложить ему того самого? Но потом я отмахнулась от этой мысли. Слишком уже я что-то живо мыслю в своём сне.