Сорвался, поехал посреди ночи, она сбежала к нему в шесть утра. Потом долго объяснял плачущей девчонке, что он так больше не будет, что больше не бросит. Случилось это примерно за полгода до того, как ей стукнуло восемнадцать. С тех пор даже ни разу не переспал ни с кем, ждал ее совершеннолетия, взрослости.
Не смог приехать на ее день рождения из-за работы. Приехал позже с твердым намерением пойти до конца.
Аня сбежала к нему с собственного выпускного. Без всяких уговоров взяла и сбежала. Она всегда предпочитала его любым развлечениям, любой компании.
Он обставил все максимально романтично: забронировал номер к гостинице, заказал розы, шампанское.
Той особой ночью Тигран долго целовал Аню, а потом в сильнейшем нетерпении и крайней степени перевозбуждения содрал с нее бежевое кружевное платье.
Когда впервые увидел ее голой, лишился дара речи. Только и мог, что смотреть, даже трогать поначалу не решался. Подметил, что обладал на редкость паршивым воображением, ведь то, что рисовалось в голове, не шло ни в какое сравнение с настоящей, живой Аней.
Тогда же он опытным путем убедился, что действительно у нее первый. Аня мужественно выдержала его вторжение, позволила ему сделать с ней все, о чем давно мечтал. Он старался слишком не усердствовать, но выпустил из-под себя любимую очень нескоро, ведь входить в нее было так мучительно приятно…
Остановился он тогда, лишь поняв, что из раза в раз причинял боль.
Достаточно расставаний.
Прижал ее к себе покрепче, снова долго целовал в губы, а потом ляпнул:
– Поедешь со мной в Краснодар.
Не спрашивал, утверждал, причем намеренно. Сценария, в котором Аня может ему отказать, он не допускал.
Но девушка удивила. Тут же улыбнулась припухшими от поцелуев губами и спросила:
– На правах кого?
Тигран ничуть не растерялся:
– На правах моей женщины!
Однако Ане ответ не понравился. Адресованная ему улыбка тут же увяла. Она уперлась кулачками ему в грудь, потребовала выпустить ее из-под себя. Потом вскочила с кровати и принялась натягивать полуразорванное платье.
– Аня, что не так? – Он тут же распереживался.
Подскочил как был голый и затребовал объяснений.