Он знает, что вы вьетесь вокруг него только из-за денег! Даже если ты сможешь справиться с новой беременностью, где гарантия, что он доживет до того момента, когда ребенок появится на свет?!
– Нет никаких гарантий… – он услышал, как она подавила глухой вздох. – Но я не позволю, чтобы Никодим отнял у меня то, что принадлежит мне по праву рождения! Будь так добр, не спорь со мной. Я знаю отца лучше всех других. Завтра я тебе скажу точно, когда ты должен быть дома.
– Поля, я дам тебе денег на это агентство. Перестань вестись на манипуляции отца!
– Нет! Я не хочу, чтобы ты давал мне денег! Все, что у него есть, по праву мое! Я его дочь! После того, как он сломал мою жизнь, я не позволю, чтобы наследство ушло к другому человеку!.
– Хорошо. Береги себя, Поля.
– Ты тоже, Вова. До встречи.
– До встречи."
"Звонок прервался. Метелин хмуро взглянул на собранный чемодан. Впервые за последние годы он ощутил, насколько чужой на самом деле была ему Полина.
«Горбушин выжил из ума! Он сломал ей жизнь, и она подчинилась его приказу выйти за меня замуж! К чему требовать от нее невозможного?! Он ведь лучше меня знает, как неустойчиво ее здоровье после того, как он насильно заставил ее избавиться от ребенка!.
«Нельзя, ни в коем случае нельзя сейчас уезжать, – продолжали мелькать тревожные мысли. – Надо посоветоваться с Хамзатом насчет Шерхана Омарова. Надо уберечь от него Надю и девочек».
Надежда – отчаянная, светлая, вспыхнула яркой искрой.
Он криво усмехнулся. Не прав оказался Горбушин. Не быть Шерхану хозяином на чужой земле.
Глава 8
Звонок из клиники, где Полина наблюдалась последние четыре года, прервал напряженный разговор с мужем и сорвался. Она с досадой взглянула на экран. Попробовала дозвониться туда, откуда сорвался звонок, но раздались короткие гудки.
Обхватив плечи руками, молодая женщина подошла к широкому панорамному окну в гостиной.