Понимая все твои инстинкты и желания, я просто
прошу тебя, солнце мое, не забывать о моих. За годы, прошедшие после нашей разлуки, я научилась жить и
выживать самостоятельно. И поверь мне, что не только тебе тяжело будет идти в своих решениях на компромисс со
мной, но и мне будет не легче. Единственное, что я могу тебе пообещать, причем без вариантов, это то, что
никогда, никуда я тебя больше от себя не отпущу. Теперь ты мой до скончания веков. Лучше сама прибью, но
никому не отдам. Как бы не ругались, как бы не ссорились, никуда тебе от меня не деться.
139
теперь два хвоста. И дома я, когда тебя там нет, как послушная драконья жена сидеть не буду! Даже в «декрет»
вдвоем ходить будем! Ясно?!
Я прекрасно чувствовала, как за время моего монолога менялось настроение моего мужа. С расслабленного на"
"напряженное, с напряженного на восторженное, а уж услышав последний ультиматум он и вовсе не выдержал и
оглушительно расхохотался, чем неимоверно порадовал. А потом… Потом были просто поцелуи.
меня в восторг и доводящие до полной потери ориентации в пространстве и времени.
И все-таки возраст Алекса сказывается. Именно он сумел остановиться и, уткнувшись мне в макушку, прошептать:
— Нас ждут, малыш. Не стоит испытывать терпение Владыки. У нас с тобой впереди вся жизнь. Мы успеем все
рассказать и показать друг другу. А пока нам нужно вернуться.
— Но… Мне нужно еще кое-что важное тебе показать!
— Это секрет? Его могу знать только я? — вздернул он бровь заинтересованно.
— Нет. Все прямо сейчас и узнают.
— Ну, тогда и для меня сюрприз будет. Пошли. Нам стоит поторопиться. Я чувствую нетерпение Золотого.
«Ну, ладно торопыга… Будет тебе сюрприз!»
Глава 41
Новая пара не стала долго испытывать терпение Золотого императора и уже спустя полчаса вернулась в кабинет, где их так терпеливо ждали остальные драконы. Теперь никто не посмел бы сказать, что лицо юной тени безлико и
на нем отсутствуют эмоции. Оно светилось от счастья! Глаза сияли восторгом.
беззаботно. Всем присутствующим показалось, что с ее приходом в огромное, гулкое помещение заглянуло летнее
солнышко и тепло ее души легкой волной коснулось их всех. Ей ответили такими же теплыми и понимающими
улыбками. Серьезным остался только Алексавель Черный, стоящий чуть позади Эль, и придерживающий ее около
себя за плечи.
— Надеюсь, теперь мы сможем услышать от вас, юная леди, что еще вы можете нам предложить.