— Я пойду? — вопросительно обратился он к жене, понимая, что лучше уйти самому, это не так унизительно.
— Нет, куда ты, останься, — предвкушающе прищурилась она, — я же сказала, что хочу обоих.
Крис начал о чем-то догадываться, и эти догадки ему не понравились, испугали.
— Послушай, солнышко, я все-таки пойду, обещаю, что точно не буду ревновать, по крайней мере, вы оба об этом не узнаете. Я боюсь что-то тебе сделать, вдруг будет больно! — попытался он объясниться.
— Иди сюда, ничего ты плохого не сделаешь.
— Да, черт возьми, я хочу, я уже не могу терпеть, у меня же выдержка хуже, чем у Эмиля. Детка, только…
— Слышала уже, поняла — никто ни о чем не пожалеет, я в первую очередь. Солнышко, иди сюда, — Анита помнила к себе Эмиля.
Крис посмотрел на нее, окончательно удостоверившись, что та не шутит, и развил бурную деятельность: взял флакончик со смазкой, начал целовать и массировать спину жены, осторожно перемещаясь ниже, пока Анита не поторопила его, провокационно изгибаясь:
— Можно побыстрее, я уже тоже не могу терпеть…
Крис принял это как руководство к действию и начал подготавливать и растягивать ее, молясь про себя, чтобы не быть все-таки слишком торопливым и не причинить боли и не напугать.
— Да-да, можно, — подтолкнула его Анита к решительным действиям.
Она внезапно как будто увидела все это со стороны: наверное, такая ситуация могла бы быть в триллере — женщина и двое мужчин, с которыми она будет заниматься любовью. Наверное, в этом триллере героиня чувствовала бы себя напуганной и использованной, вот только здесь и сейчас все было по-другому: мужчины больше всего боялись как-нибудь оскорбить ее или причинить боль, а Анита чувствовала свою небывалую власть над ними. Власть, любовь, ответственность… оказывается, ей этого очень не хватало.
***Анита замерла, пережидая первое непривычное проникновение; Крис сдерживался и был готов отпустить ее в любой момент.
— Все, можно, — шепнула она и, затем, чувствуя Кристиана в себе, кивнула Эмилю.