С убийственным выражением лица он прогоняет папарацци и опускает жалюзи, загораживая обзор на личное пространство от чужих глаз.
– Опять такого понапишут…
– Они могут. Опять вон целая урна накопилась, – усмехаюсь я, глядя на корзину желтой прессой. На самом верху лежит газета с большой фотографией, на котором запечатлены Борис и Лиза в машине, именно в день аварии. Видимо снимок был взят с придорожных камер. В статье они предполагают, то это могла быть любовница, естественно для рейтингов, но они даже не представляют, насколько они правы.
– Ты читаешь этот бред… Умоляю, Вера, побереги свои нервы.
– Нет, конечно, – фыркаю. На самом деле, прочитала все, до последней строчки. Ни слова про ребенка, именно за это я переживала.
«К огромному сожалению, Зорин не оставил после себя наследника, который мог бы продолжить дело отца…»
– Я не верю этим сплетням. Борис любил тебя, ты это и сама знаешь.
Я опускаю взгляд и сдавленно отвечаю:
– Конечно.
Смотрю на часы. Время бежит как сумасшедшее.
– Ладно, мне уже пора… – откатываюсь от стола и беру сумку. – Есть еще дома дела.
– Конечно. А я пока еще поработаю.
– Отдохни, Слав. Не хватало мне еще тебя потерять.
– Нет уж. Я буду рядом и не оставлю тебя, – сжимает мое плечо, вверяя поддержку.
Я невольно улыбаюсь.
– Жену бы тебе хорошую, Слав. А ты всех отшиваешь… Не нагулялся еще?
– Хм, – усмехается он. – В голове давно штиль, никакого ветра. Просто… Видимо не нашел я ту самую, которой до крышки гроба буду любить.
– Любовь…
Это слово вызывает во мне болезненные ощущения.
– Что ж, я поняла тебя. Мой совет – оглядись по сторонам, часто тот, кто создан для тебя, сидит под носом, а ты устремляешься вдаль. По-моему, Ольга к тебе не равнодушна.
– Ольга?
– Угу…
Слава косится в сторону секретарши.
– Ну…
– А ты приглядись, вдруг и разглядишь чего, – улыбаюсь я и на прощанье чмокаю его в щеку. – Все, я убежала.
С мягкой улыбкой он смотрит мне вслед, пока не скрываюсь из виду. Я действительно могу на положится Славу, он ответственный, трудоголик и всегда добивается цели. Борис ценил и уважал его, так поступаю и я. Мой коллега, хороший верный друг, и не более того.
По возвращении домой меня ждал пренеприятный сюрприз.