— Ваше Величество! — раздался знакомый крик со стороны замка и я, оглянувшись, увидела отца, спешившего ко мне.
— Папа, — сказала я, едва он подошел ближе, держа в руках широкий шерстяной платок. — Ну зачем ты опять называешь меня так?
— Почему нет? — улыбнулся он. — Может, мне нравится, что моя дочь — королева. Да и какой отец бы не гордился на моем месте. А вот ты, — тут он неодобрительно покосился на мое легкое платье, — рискуешь простудиться, и что я тогда скажу твоему мужу в свое оправдание? Это для тебя он супруг, а для меня, в первую очередь, король.
Я улыбнулась и приняла платок. Накинула на плечи и с радостью ощутила, как легли поверх широкие ладони отца.
— Как там Ник?
— Спит и видит сказочные сны, — быстро ответил Эрвин Мильберг. — Ты можешь не переживать за него. Нянечка сидит рядом и как только мой внук проснется, даст нам знать.
Я кивнула. Мой мальчик рос так быстро. И уже теперь, хотя ему исполнилось всего два года, был истинным огненным. Сколько раз вспыхивал малыш, когда плакал и был недоволен! Не счесть.
Но это случится еще нескоро. Пока Николас Лейнингер совсем кроха и радует нас своими детскими успехами. Хорошо ходит, разговаривает, проявляет первые признаки обращения, и обещает быть истинным Огненным, которым я смогу гордиться по праву.
— Красиво у нас, — я снова посмотрела туда, где на волнах резвился брат.
— Красиво, — согласился он. — Но скоро прибудет наш король и мне хотелось бы, чтобы простуда не помешала вашему счастью.
Пришлось согласиться. Ветер и вправду, крепчал.
Но уже на подходе к замку я бросила невольный взгляд на ленту дороги, поднимавшуюся к Нэсту. Словно что-то почувствовала там, внизу. И сердце забилось от счастья за миг до того, как глаза нашли всадников, поднимавшихся к замку.
Я без труда узнала его. Моего короля. Моего Грегора. Увидела и на несколько секунд застыла, глядя как он, там внизу, через разделявшую нас милю, тоже почувствовал меня. Поднял голову и смотрит улыбаясь.
Отец понял все сразу. Отпустил и даже платок придержал, когда я бросилась навстречу мужу. Грегор пришпорил коня, понесся ко мне даже не думая о том, как это может выглядеть со стороны, и что подумают о нем его люди.