– Ты полностью права, моя прелесть.
– Ты теперь тоже так меня называешь?
– А знаешь, Мечислав попал в точку. Ты действительно прелесть. По-настоящему красивая. И не столько внешней красотой, как внутренней. Душа, разум, сердце – если бы люди могли это видеть, ты была бы одной из самых прекрасных женщин на земле.
Комплимент был мне приятен. Он означал, что вампир успокаивается, и потом, женщина я или нет?! А женщины любят ушами!
– Спасибо, Даниэль.
Я поудобнее устроилась на полу, обхватив руками колени вампира.
– Мы пробудем здесь до утра. А потом мне понадобится твоя помощь. Даниэль, ты сможешь передвигаться днем?
– Я попробую. Если не будет солнца, мне будет гораздо лучше. Но даже при солнце, если это необходимо…
– Я не попрошу ни о чем, что не будет необходимо. Высшие Силы, как я устала!
– Иди ко мне, – вампир подхватил меня с пола, и я свернулась клубочком у него на коленях. – А о чем ты говорила с Андре?
Я покусала губы. Дипломатия трэба…
– Ты знаешь, что Дюшка хочет получить меня.
– Да? И что же это за сделка?
– Если он победит Мечислава в честном бою, он получит меня.
Вампир покатился со смеху.
– Твой труп?! Так, что ли?!
– А хоть бы и так! Что тебя удивляет?! Он же не знает, что Мечислав поставил на мне Печати!
– Ты ему солгала?
В голосе вампира звучало уважение. Я хотела было сказать, что солгала, но тут же передумала. Если Даниэль мне поверит, то будет терзаться другим вопросом – не солгала ли ему я? И не сможет активно работать.
"– Я пригрозила ему вашим Советом. Он сказал, что Совет не будет меня слушать. А я в ответ сказала, что меня выслушают как твоего фамилиара.
– Ему и в голову не пришло, что ты можешь выдержать Печати двух вампиров.
Я считала, что Андре просто не пришло в голову, что Мечислав позволил бы кому-то хоть кончиком пальца тронуть своего фамилиара (в метафизическом смысле). Тем более Даниэлю. Но говорить ему этого не стоило.
– А вы пока и не поставили на мне все восемь Печатей. Думаешь, я бы их выдержала? И не свихнулась? Верится с трудом!
– Не знаю, кудряшка.
– И никто не знает. И я не хочу экспериментировать на себе. У эмиссара Совета, что ли, спросить?
– А если он тоже не знает?
– Да, задали вы мне задачку, – протянула я.