Я хотел доказать ей, что то, что было вчера — ничто, по сравнению с тем, что она испытает сегодня. Я склонился над ее грудью, а потом заглянул ей в глаза. Она быстро закрыла их, ее щеки покраснели."
"— Сейчас я поцелую и лизну твои груди, — пробормотал я, мои губы находились в сантиметре от ее соска.
Я сделал это вчера, но мог сказать, что Эмбер была более нервной сегодня, потому что была обнажена и уязвима. И с одним лишь полотенцем на бедрах я тоже был не совсем одет.
— Хорошо, — сказала она еле слышным шепотом, ее мышцы напряглись.
Я провел языком по ее соску, и ее тело дернулось. Я обхватил губами ее затвердевший бугорок, обвел его языком, сначала медленно, потом все быстрее. Ее губы приоткрылись, глаза крепко зажмурились, но она не издала ни звука. Я облизывал ее, целовал и сосал, пока она снова не застонала.
Мне нравился ее вкус, ощущение ее теплой кожи на моих губах, давление ее твердого соска на мой язык. Я отодвинулся на несколько сантиметров и подул на ее влажную кожу. Ее кожа покрылась мурашками, и я позволил себе несколько секунд полюбоваться ее грудью и розовыми сосками.
Эмбер поежилась, плотно сжав губы. Мне хотелось сделать ее мокрой от возбуждения, прежде чем попробовать на вкус. Я бросил взгляд вниз, на ее киску. Она крепко сжимала свои бедра. Я знал, что найду ее уже мокрой, если просуну руку ей между ног. Мой член дернулся в ответ. Блядь.
Мне хотелось дотронуться до каждого ее сантиметра.
— Щекотно.
Я усмехнулся и дразняще провел кончиками пальцев по ее ребрам. Она согнулась, хихикая.
— Зак!
Я опустил свой рот на несколько сантиметров ниже и поцеловал ее талию, бедро, мягкую кожу живота. Она все еще была окружена моей заботой, и я рискнул взглянуть на нее. Она прикусила губу, смотря на меня. Затем отвела взгляд.
— Я хочу поцеловать тебя между ног.
«Я хочу съесть твою киску», наверное, это было бы слишком прямолинейно для Эмбер.
— Хорошо, — пробормотала она. — Но без пальцев, — добавила она с явным смущением.
Я прекратил целовать и лизать ее бедро и внимательно посмотрел ей в лицо.
— Ты имеешь в виду никаких прикосновений, или не хочешь, чтобы я входил в тебя пальцем?
Ее румянец уже разлился по груди, но мне было необходимо, чтобы она сказала то, что хотела.