— Мы с тобой все равно повеселимся. Вспомним былые времена и этих зануд расшевелим. Будем над Элуйдес шутить так, что ей мало не покажется! Я тебе научу трюкам, как издеваться над преподавательницами и заметать за собой следы…
— Мы не будем ни над кем шутить и издеваться.
— А? — переспрашивает Айрин, театрально приложив к заостренному уху ладонь, будто не расслышав. — «Будем, еще как будем» ты хотела сказать?
— Нет, Айрин. Время детских шалостей закончилось. Для меня теперь все серьезно, — не в силах смотреть на ее скептично выгнутую бровь, объясняю, — Мама тяжело больна, и вся надежда теперь только на магию.
— Я тебя не узнаю. Странная ты стала. Скучная. Ты не старуха еще, чтобы так рассуждать.
Ни слова сочувствия про маму. Как будто и не раскрыла ей только что сердца… И эту черствую девушку я считала когда-то лучшей подругой? Вот теперь понимаю отчетливо: Айрин настрона на что угодно, но не на дружбу. Холодно чеканю:
— Раз я скучная, прошу, найди себе общение под стать! Не стоит тратить на меня бесценное время!
— Хватит дуться, лохматик! Видела бы ты себя со стороны! Встрепанная, чумазая, но с гордо вздернутой головкой! Смех один!
Чувствую, как кровь ударяет мне в голову.
— Меня зовут Ханна, если ты запамятовала. Когда мое имя снова вылетит из твоей головы, можешь спрашивать, не стесняйся.
— Не нуди! — вскипает Айрин. — Ты же знаешь, я ненавижу формальности, чумазик!
— Меня зовут Ханна. А теперь прошу, позволь мне остаться одной. Я долго ехала и собираюсь отдохнуть.
— Теперь ты меня гонишь?! Будешь меня провоцировать, вызову тебе расстройство желудка!
— Вот и отлично. Научишь меня новому заклинанию, — парирую я. — Практиковать его буду с чистой совестью на тебе.
— Я владею магией защиты в отличие от тебя. Меня не проймешь.
— То есть теперь ты меня и защитным заклятьям готова учить? Давно пора!
— Что ты себе вообразила… — начинает взбешенная донельзя девушка, как вдруг дверь в комнату раскрывается без всякого стука. К нам заходит Элуйдес и приказывает Айрин:
— Отправляйся в свою комнату, первокурсница.
Когда эльфийка, испуганно сникнув, выходит за дверь, директриса заявляет:
— Завтра, ровно в восемь тебя будут ждать на примерку. Тебе сошьют новую одежду, приемлемую для этих стен.