Я забываю про наш договор и про то, что он может дотрагиваться до меня как будущий муж. Так сказать, осваивать владения. Раз уж мы договорились.
Нет, по его трепетному жесту и тому, как дернулась пару раз его кисть, я понимаю - олигарх сейчас безумно искренен. И во мне просыпается самая натуральная чувственность. А еще любопытство - каким он может быть, если зайдет дальше?
Он проводит костяшками пальцев по моему подбородку, большим очерчивает скулу. Кажется, сейчас он запустит пальцы в мои волосы, а то и оттянет их.
- Егор, ты где?! Василиса пропала!
Громкий женский крик заставляет вздрогнуть всем телом. А еще глубоко вздохнуть, как будто вынырнув из воды. Кажется, меня потеряла Таня.
- Ой, вы оба здесь, - теперь она лепечет.
Поворачиваюсь вслед за Егором, вижу две симпатичные мордочки на пригорке – сконфуженную мамы и любопытную Марьяши.
- Извините, но после вчерашнего… - начинает Шарапова и осекается.
Да, при ребенке не нужно вести разговоры про отморозков. Золотов шагает к девчонкам, попутно беря меня за руку.
- Татьяна хорошо отдохнула, видимо, - подмигивает он.
Таня слегка краснеет, но вроде не обижается. Тем более Золотов засыпает ее комплиментами как гида. Говорит, место идеально - еще не холодно, как выше в горах, но воздух и природа великолепные. И еще что-то говорит, но мое внимание приковано к сильной руке, в которой уверенно сжата моя ладошка.
И у меня опять нет ощущения, что жест искусственный. По договору. Нет, Егор так естественно ведет меня за руку. Что у нас вообще выйдет с этим человеком?
Ну, а со стороны мы, наверное, смахиваем на романтичных влюбленных. Никто на этом не акцентирует внимание, думаю, Игорь о чем-то таком подозревал. Ведь не просто так его родственник пригласил меня на отдых.
Ручей оказывается милым, но не слишком впечатляющим. Наверное, потому ему и присвоили звание священного.
Золотов отпускает мою руку только в беседке у ручья. Сразу становится непривычно. Когда я успела сродниться с его прикосновением?
- Симпатичное место, - говорю, чтобы развеять накатившую неловкость.
Мы устраиваемся на скамье, которая идет полукругом вдоль стен деревянного строения.