Подняв свою рюмку, Лион молча чокнулся с женой, прежде чем попробовать напиток. Они болтали ни о чем, потягивая ликер, а потом поставили рюмки на стол, сменив их на остывающий кофе. Играя чашечкой с позолоченным краем, Джас поднесла ее к губам, посмотрела на Лиона и улыбнулась.
— Я люблю тебя, — сказала она одними губами, но он понял. А потом громче она добавила: — Давай отправимся домой, мне хочется побыть с тобой наедине.
Он тихонько рассмеялся, а потом подошел к ее стулу сзади, помогая выбраться из-за .
Приехав домой и отпустив водителя, Лион налил два стакана вина и отвел Джастину на длинный диван перед стеклянной стеной гостиной, из которой открывался чудесный вид на улицы и костелы Бонна. Он подождал, пока она поудобнее усядется, потом подал ей стакан и сел рядом, обняв ее за плечи.
Они сидели так и болтали о разных пустяках. Джастина вдруг почувствовала, что дико устала. Она просто засыпала и не могла больше бороться со своими отяжелевшими веками. Тихий вздох слетел с ее губ, когда ее тело расслабилось.
Лион разрешил эту проблему самым замечательным образом. Он заключил ее в оберегающее тепло своих объятий и говорил что-то. А голос его доходил к ней издалека, она все глубже погружалась в сон.
Несмотря на то, что Лиона сейчас одолевало сумасшедшее желание, он прошептал в ее шелковистые волосы:
— Спи, дорогая.
С этого вечера они стали еще дороже и ближе друг другу. Жизнь их в Бонне протекала великолепно и весело. Они очень часто ужинали в самых роскошных ресторанах. Два или три раза в неделю устраивали приемы у себя дома и очень много разъезжали по стране, так как Джастина никогда не была здесь и ей хотелось очень многое увидеть. Лион познакомил ее со своими боннскими друзьями. Все они, за исключением одного невзрачного на вид мужчины, показались ей замечательными, дружелюбными людьми.
В остальном же жизнь их протекала так, словно они были молодоженами во время медового месяца. Вернулась новизна ощущений. И они вновь горячо любили друг друга.