За ужином они вели простую светскую беседу, для того, чтобы в комнате не было неловкого молчания. Джастина всячески ухаживала за стариком, предлагала ему попробовать различные блюда собственного приготовления, что он и делал с большим достоинством и удовольствием, при этом не уставая нахваливать гостеприимство и кулинарные способности хозяйки дома. Отметив необычайное очарование обеих дочерей Джас, доктор улыбнулся.
— Знаете, — сказал он Джас тине, — я одинокий человек, и мне очень приятно побыть в семейной обстановке.
— Чувствуйте себя как дома, доктор Ярокер, — сказала Джастина.
Когда они перешли в гостиную, доктор предложил рассказать поподробнее о том, что тревожило этих милых, так понравившихся ему людей.
— Вы знаете, — сказала Джас, — наш Пэтси был когда-то во время войны ранен. И после какой-то операции врач сказал ему, что он никогда не сможет иметь детей. Он страдает всю жизнь, хотя, конечно, никому не говорит об этом.
— В моей практике, — сказал доктор, — такого случая не встречалось, но, я думаю, практически шестьдесят процентов так называемых «неразрешимых» заболеваний на самом деле излечимы. Надо лишь приложить старание и умение.
— Знаете, док, он тут вчера будто с цепи сорвался, — вступил в разговор Джимс. — Он умчался в Австралию, никого не предупредив. И я думаю, вряд ли нам удастся уговорить его снова приехать в Лондон.
— Я понимаю, что вы имеете в виду, — сказал Ярокер. — К сожалению, мое финансовое положение не очень стабильно... Если вас не пугают дополнительные расходы, то я согласился бы отправиться в Австралию, чтобы осмотреть пациента там.
— О, доктор, это было бы так замечательно!
— вскричал Джимс. — Вы так добры. Я просто не знаю, как благодарить вас.
— Не спешите, молодой человек, не спешите,
— ответил Ярокер.