Оно у меня оказалось все же неправильным, больше потребительским, чем созидающим.
Суть моего дара была совершенно иной, чем я предполагала раньше и чем меня потчевала принцесса. И тут вставал большой вопрос: она сама оказалась не в курсе, и более глубокие знания о так называемом даре жизни были утрачены, или меня намеренно пытались ограничить? А заодно и всех остальных, потому что Тирхан вряд ли стал бы мне лгать.
Все, о чем я знала до сегодняшнего взаимодействия с духом, являлось побочным эффектом дара (к слову, только за сегодняшний урок этого паршивца придушить хочется, столько времени потратили, мог бы сразу точки над ё расставить).
В то время как изначальная и основная функция у моей магии — пробуждение жизни, а жизнь — это энергия, циркулирующая во всем мире и во всех. Я действительно могу вытащить любое существо, находящее на грани жизни и смерти (главное, чтоб душа в теле еще была).
Масштаб подставы меня потряс… В случае, если тому же королю станет известно о главной стороне моего дара, меня запрут в каменном мешке и не позволят вообще ничего.
На фоне этого знания тот факт, что ко мне скачет муженек, казался не таким уж и неприятным. Ну скачет… Обратно впереди коня побежит.
Раньше, конечно, чем мне бы хотелось. Однако Амадео сразу обозначил, что Радан имеет право видеть сына, и будет приезжать ненадолго, на пять-семь вех (неделя — это многовато, но перетерпеть можно).
Мы с ним, конечно, расстались не очень дружественно, однако вряд ли аргерцог по-настоящему желал мне навредить. А если вспомнить, что письмо мы все-таки отправили, и кто-то должен разобраться в нападении на меня и моих людей, то появление гостей обретало смысл.
Не удивлюсь, если с ним и лекарь прискачет.