Да, ел он плохо у кормилиц, но был жив! А значит, как только я перестану кормить сына грудью, оборвется и наша связь. Именно тогда, при кормлении, эта нить появилась!
— Ваша светлость, я не претендую на Вашу любовь, — я заставила себя говорить ровно и спокойно. — Но так вышло, что Вы и я связаны, а мне дорог мой сын. Теперь у Вас есть возможность завести других детей, жить так, как хотели, и для этого необязательно постоянно лицезреть меня.
— Я и хотел! — рявкнул муж.
— Так это прекрасно! — воодушевленно заявила я, радостно улыбаясь.
— И когда ты сказала о долге, ты хотела, чтобы я уехал?
В идеале — да.
— Нет, я хотела, чтобы Вы не заставляли меня присутствовать на сегодняшнем празднике.
Радан опешил. Ну да, такого он точно не ждал."
"— Ты больна и слаба, и твой обморок это только подтвердил, — усмехнулся он. — Аргерцог больше не станет настаивать на твоем присутствии. Долг возвращен.
Муж смотрел на меня победителем, а я внутренне ликовала. Да, именно такой эффект мне был нужен! Вон, уже не злится, кулаки не сжимает, смотрит снисходительно.
Лишь бы не вспомнил, что теперь и Сарвенде путь на праздник заказан.
— Как жаль, что ты не увидишь подарков, но я непременно расскажу о них. После отъезда гостей.
Многозначительное обещание. Жирный намек. Либо опять забыл, что я связана с сыном, либо решил давить психологически. Нет, ну все же какой он гадкий!
— Как жаль, что Вы отказываетесь видеть свою выгоду. Я — идеальная ширма. Вам никогда не позволят жениться на безродной девице. Буду я мертва или жива, это не изменится.
— Замолчи!
— Особенно сейчас, когда родился Илиас. Вас скорее лишат регалий, если оступитесь. А его отдадут на воспитание нареченным родителям и присоединят Ваши земли к своим. Попробуйте увидеть во мне не врага, а союзника. Для своего сына я буду стараться не только сохранить земли и титул. Я добьюсь того, чтобы Ваш народ любил герцогов Дарремских.