Голова Унылого дернулась.
– Трепло тупое, – заявил Чес, – а ты не психуй. Я свое слово всегда держу. Клянусь. Сказал, отпущу, так и будет. Но берцы снимай.
– Угу, уже разогнался, – сказал я смело.
Я резко повернулся и нырнул в просвет рогозы. Хотя, какая разница, камыш он и везде камыш. Только высокий, зараза. Это я так, про рогозу и тростник понты колотил, показывая, что нужен. Да, тут в расход пустить человека за милую душу. И костей не найдут, потопят тело и гуляй потом смело.
От такого поворота сердце накалилось до предела.
Теперь придется изображать из себя сталкера, который знает болота. Я успел далеко уйти, когда за спиной послышалась ругань моих подельников. Будь они неладны!
Зашуршал камыш, что-то большое, как бегемот, неслось, плюхая по воде.
– Эй, я сейчас стрельну! Берцы снимай! – Унылый. Кто ж ему дал такую кличку четкую! Не в бровь, а сразу в глаз, потом в пах и по затылку!
Я отмахнулся, выбирая, куда поставить ногу, ускорился, заприметив чистый участок.
Зря. Упругая поверхность провалилась под ним, сразу же всосав его до пояса. Он занервничал, запаниковал и начал пытаться вылезти на твердый участок. Получилось только хуже! Он провалился уже глубже, по грудь, открыл рот, чтобы закричать. Бульк, и набрал воды по самое «не хочу». Я впервые лицезрел, чтобы так сильно засасывали Топи! Как живое ненасытное существо, они просто втягивали Унылого.
– Хватай! – крикнул сзади урка. Я так и сделал. Нагнулся, схватил за цевье ружья, которое не выпускал Унылый. Брызги, вода с горьковатым привкусом. Я потянул, напрягая мышцы.
– Эххх! – вырвалось у меня.
Унылый вынырнул, забился как пойманная рыбина.
– Стой! Успокойся! – прикрикнул я на него.
Он затих с расширенными от ужаса глазами. Дельный и Чес подошли, именно подошли. Ну да, зачем спешить, вдруг не топь, а простая аномалия.
– Пощупай ногами, – произнес я. Ружье мы держали вдвоем.
Унылый так и сделал. Нащупал что-то твердое, встал. Вода ему доходила до груди.
– Это не топь, просто глубоко, – объяснил я и потянул за ружье. Заряженное ружье.
– Помогу, – сказал Дельный и взялся за цевье.
Через минуту мокрый Унылый был выловлен.
– Отдай, – приказал Дельный, не отпуская ружье. Мы так и застыли.