Андрюша бросил учебу, пережил сложную первую любовь, увлекся актрисой, в театре рисовал афиши и декорации. Айрис, довольно известная актриса, значительно старше него. Он иногда приходил домой пьяный. Михаил Владимирович и Таня измучились с ним. Но потом он разочаровался в этой Айрис, из театра уволился и больше не пьет. Учится живописи.
— И теперь все хорошо? — с усмешкой прошептал Данилов.
— Они живы, здоровы, сыты. Разве этого мало?
— Есть возможность вывезти их легально?
— Нет.
— Но Ленин стал выпускать людей.
— Высылать. Очень выборочно. Михаила Владимировича он не отпустит ни за что.
— Значит, надо вывезти их нелегально, через Финский залив.
— Слишком опасно.
— Ерунда, — Данилов упрямо помотал головой, — это всего лишь вопрос денег. Расценки известны, у меня есть нужная сумма.
Амалия все держала стакан, сама не пила, старику не давала. Старушка разговаривала по телефону. Тапер устал барабанить, лениво перебирал клавиши.
Федор прилип взглядом к экрану, однако совершенно перестал понимать, что там происходит.
— Михаила Владимировича не удастся вывезти ни за какие деньги. Его охраняют, за ним следят, — наконец прошептал Федор, — а Таня без отца не поедет.
Пианино опять громко задребезжало. Дело шло к развязке. У постели старика стоял самозваный племянник. Амалия мирно беседовала с ним, уже поднесла к губам отраву, но так и не глотнула, вдруг вытаращила глаза, уронила стакан и хлопнулась со стула на пол.
— Вы, разумеется, правы, — горячо зашептал Данилов. — Таня без отца ни за что не поедет. Но у меня есть сведения, что скоро должны состояться переговоры на высшем уровне между большевиками и немцами. Не в Москве, а где-то на нейтральной территории. Возможно, в Италии. Ленин как глава государства непременно поедет. Он болен, с ним отправится врач. Лучший врач, которому он доверяет больше других. То есть Михаил Владимирович."
"Федор больше не смотрел на экран, он слушал, низко опустив голову, и кусал губы.
— Главное, чтобы они добрались до Петрограда, дальше маршрут разработан, проверен. Рассказывать долго.