В те редкие минуты, когда принцесса оставалась один на один с кем-нибудь, она осторожно расспрашивала о его прошлом, которое в общем-то нисколько ее не касалось. Она услышала обычные истории: брошенные или осиротевшие мальчишки подвергались жестокому обращению. Бродягу Абеля в Айронхолл доставил шериф, пожалевший отправлять мальчонку на рудники; Одлей сбежал из дому после того, как его жестоко избил пьяный отчим; Винтер шатался из одного приюта в другой, пока не одичал настолько, что никто не мог с ним справиться.
Погода стояла чудесная. Малинда не считала нужным испытывать все прелести бешеной скачки еще раз. Напротив, неспешное путешествие предоставляло отличный шанс получше познакомиться с Клинками, которым отныне она вверяла свою жизнь.
— Где мы переночуем, ваша милость? — спросил командир, когда небо на западе зарделось.
— В «Голове короля», в Новом Синдервиче.
Малинда заметила эту гостиницу еще на пути туда; ее позабавило, что картинка над входом похожа на маленького Амби. Это была исключительно ее прихоть, поскольку в пределах досягаемости находились несколько королевских охотничьих домиков, а также дворец Бондхилл со всевозможными удобствами. Любой сельский житель благородных кровей почел бы за честь предоставить ей кров. Однако для Малинды ночевка в гостинице сулила невероятные приключения.
— Как прикажете, миледи.
Но потом он поставил условия: она не должна раскрывать себя, должна спрятать все кольца и браслеты, обращаться к ней будут «госпожа Подопечная», гарды с кошачьими глазами скроются под плащами и так далее. Меры предосторожности позабавили ее, но Малинда согласилась. Для принцессы и Дианы он выбрал комнату в конце коридора, а для себя — напротив, чтобы можно было наблюдать за дверью и не торчать в коридоре всю ночь.
Только Диана без энтузиазма отнеслась к августейшей затее.
— Прекрасно, тебе достанутся блохи, а мне клопы. Неужели вы еще не насладились запахом из общей залы?
В самом деле, в качестве кушаний заведение могло предоставить только мерзкое варево, хотя вонь в основном шла от старого эля. В большой общей зале было темно, людно и шумно. Скоро все шестеро уселись вокруг дощатого стола и приступили к битве с жирным супом и костями, которые назывались мясом.