– Но, прежде чем опуститься в воду, она снова повернулась к Лиде: – Ты жди! Мы вернемся за тобой!
– Мы вернемся за тобой, чудище! – крикнул и Ванятка.
Лида только улыбнулась, пытаясь распутать жгут, в который стянулось ее платье. Ладно, туфли она утопила, придется идти босиком, но полуголой к ведьме являться было бы, ей-богу, как-то невместно!
Глава шестнадцатая. История ведьмы Маремьяны
– Знаешь ли ты, откуда берутся ведьмы? – спросила Маремьяна, хмуро глядя в глаза Лиде."
"Лида воображала ее совсем иной: костлявой сгорбленной старухой с растрепанными, выбившимися из-под платка волосами, с косящими глазами, один из которых черный, другой серый, и в сером непременно два зрачка.
Однако Маремьяну старухой никто бы не назвал! Это оказалась ладная, хотя и худощавая женщина с бледным, без морщин лицом, и впрямь немного похожая на сороку своими легкими, стремительными движениями и гладкими черными волосами без малейших признаков седины, так и обливавшими голову и скрученными в узел на затылке. Возраст ее выдавали только глаза: очень уж проницательные, черные. А имелись ли в каком-нибудь из них два зрачка, разглядеть в мятущемся свете двух факелов, которыми освещалась ее избушка, Лиде не удавалось.
– Откуда берутся ведьмы? – удивленно повторила Лида. – Рождаются, наверное, откуда же им еще взяться? Не из яиц же они вылупляются!
Маремьяна слегка усмехнулась и пояснила:
– Если у колдуна родится дочка, и она тоже дочку тоже родит, а та – еще одну, а та девка – тоже девку родит, вот она на возрасте сделается природной ведьмой. И эта из всех ведьм будет самая злющая!
– Значит, так вы и родились? – спросила Лида. – И стали злющей ведьмой поневоле?
Она с опаской смотрела на хозяйку этой пропахшей сухими травами избенки, обиталища той, кто, если верить народным сказаниям, способна причинять людям всякое зло.