Мое проклятие

Не испытывающие никакой боли, но и неспособные полностью удовлетворить высокородных в постели или родить им ребенка, они сами легко подсаживались на секс с саэром, как на наркотик. Кто раньше, кто позже. Но все и всегда.

Дабы не вызывать недовольства простолюдинов закон требовал, чтобы с нарами в обязательном порядке подписывался краткосрочный договор добровольного сожительства, оговаривавший условия и сумму вознаграждения. Ни один порядочный саэр не позволял себе долго поддерживать отношения с одной и той же нарой.

Целитель внимательно отслеживал состояние временной любовницы, как только возникала угроза формирования прочной зависимости, связь немедленно обрывалась, а договор — расторгался. Молодую женщину быстро приводили в чувство, если появлялась такая необходимость, и она, изрядно обогатившись, продолжала жить дальше. Выходила замуж. Рожала детей. В общем, все, как у других.

Минуты текли одна за другой. Сумерки постепенно сгущались, окутывая все вокруг плотным темно-фиолетовым покрывалом.

А я все думала, сопоставляла, вспоминала. Но все соображения и рассуждения заслоняла одна мысль."

"Жалкие, несчастные женщины, в буквальном смысле слова умирающие от секса с мужчинами. Попавшие в ловушку долга и собственной силы мужчины. Злополучный исковерканный мир Эргор. Подобное положение дел было ненормальным, оно не могло существовать изначально. Жизнь любой расы — в лонах ее женщин. Если половина сирр становятся пустоцветами, а другие — боятся родов, как огня, это не естественная, а искусственно созданная ситуация.

Кому-то нужно, чтобы гордые, могучие люди влачили вот такое жалкое, мучительное существование. Только вот кому, узнаю ли я когда-нибудь?

— Вижу, ты уже немного пришла в себя.

Кариффа сгустком тьмы скользнула к столу. Застыла рядом, вынуждая смотреть на себя снизу вверх.

Темные волосы. Черные провалы глаз. Глухое, серое, без украшений платье. Бледное лицо, запавшие бескровные губы.

Трудно представить эту давно увядшую старуху молодой красавицей. Еще труднее уложить в сознании, что она и не старуха вовсе. Для этого мира — тем более.

Я уже знала, что в отличие от простолюдинов, даже магически одаренных, которые развивались, старели и умирали примерно так же быстро, как люди на Земле, высокородные жили несколько дольше. В раннем детстве саэры и сирры ничем не отличались от маленьких наров.