— Скажи, ты хочешь жить?
Он едва заметно дёрнул головой.
— Ну, Дениска, давай, скажи, ты хочешь жить? У него всё-таки получилось кое-как поднять голову, и он уставился на меня с недоверием.
Я вздёрнул бровь в ожидании. Придурок постарался что-то произнести, но не смог. Закашлялся и снова уронил голову. Я терпеливо ждал, когда он сможет ответить, хотя внутри меня велась сама настоящая борьба с монстром.
Наконец мой пленник еле заметно кивнул. И еле прошелестел что-то вроде:
— Без неё мне незачем жить…
Затем вдруг резким движением поднял голову.
— Я дам тебе такую возможность, Дениска. Ты будешь жить. Будешь жить до тех пор, пока я захочу, пока мне не надоест резать тебя на части.
Я поднял с пола его палец и покрутил у него перед глазами. Голова пленника обессиленно упала на грудь.
— Видишь, какой добрый твой босс? Тот самый, которого ты так низко предал.
Он резко вскинул на меня взгляд, горящий ненавистью и еще чем-то…уж не удовлетворение ли? И произнес надтреснутым голосом, отчеканивая каждое слово:
— Дарина не принадлежит вам!
Я вскочил со стола, на котором сидел. Рука сама схватила лежащий на нём конский кнут и нанесла удар. Оставив кровавый рисунок на теле предателя, потянувшийся по диагонали от плеча к низу живота.
Он дёрнулся от боли и протяжно застонал.
А я ударил ещё, и ещё, смакуя звуки ударов и его криков боли. До тех пор, пока он обессиленно не замолчал, уронив голову на исполосованную грудь.
Я приподнял концом кнута его подбородок и тихо произнёс, глядя ему в глаза:
— Она моя жена, ты, ублюдок! МОЯ ЖЕНА! МОЯ ЖЕНЩИНА! Запомни это! Хотя тебе недолго осталось жить с этим знанием.
Размахнулся и ударил ещё раз.
— А теперь, Дэни, повтори, Дарина — Ваша жена.
Послышались булькающие тихие звуки, будто он смеялся, захлёбываясь кровью:
— Не достоин… не ваша… измены не было.
Я напрягся, прислушиваясь к его тихим словам. Сердце в груди перестало стучать… Я ослышался. Ослышался? Или этот недоумок покрывает её? Но зачем ему это сейчас? А он словно собрался с последними силами и на выдохе произнёс:
— Ничего… и никогда… не было… поцелуй… ВСЁ!
Он отрубился.