Администратор учтиво провожает меня на третий этаж. Здесь нет общего зала: пространство поделено на несколько приватных зон, разделённых плотным магическим пологом.
— Приложите ладонь, мисс Ирвайн. Гости уже собрались, — подсказывает администратор и бесшумно исчезает, оставив меня одну.
Вплотную приближаюсь к мерцающей стене, прикладываю правую руку, и передо мной открывается проход.
“Сейчас всё случится!” — мысли разбегаются в разные стороны. Ладони становятся влажными, дыхание перехватывает и я, зажмурившись, делаю шаг в приватную зону.
— Дарина!
Сердце совершает кульбит, когда я слышу радостный голос мамы. Распахиваю глаза и вижу её, ничуть не изменившуюся за пару месяцев, спешащую ко мне навстречу. Заключаю её в крепкие объятия, не боясь размазать макияж.
— Как я по тебе соскучилась, мам! Мне столько всего тебе надо рассказать! Только ты не ругайся, ладно?
— Успеется, родная, — она смотрит на меня сверкающими глазами, в которых блестят слезинки. Обхватывает ладонями моё лицо и не может насмотреться на меня.
Сглатываю невысказанные слова, но вместо меня отзывается тот, кого я меньше всего ожидаю услышать.
— Ещё как, миссис Ирвайн.
Нет, мне, наверное, послышалось.
Точно! Он не может быть здесь!
Это я уже с ума схожу, раз мне везде мерещится голос Тэйрана.
Слышу сердитое шиканье. Другой голос, не менее знакомый, вполголоса шипит: “Веди себя прилично!”
Яркой вспышкой проносятся тревожные мысли, и я, привстав на цыпочки, осторожно выглядываю из-за маминого плеча.
Глазам не верю!
— Ректор Каллахан? — сдавленно пищу, предчувствуя, что вместо тёплого семейного вечера меня ждёт серьёзный разбор полётов.
Горло сжимается, из головы разом вылетают все мысли. Распахиваю глаза, забывая моргать, и сдерживаю рвущийся наружу нервный смешок.
— Дарина? — на его лице читается неподдельное изумление. Он даже привстаёт со своего места, чтобы лучше меня рассмотреть. — Ты же Мон-Стерр? Или Ирвайн? Что, вообще, здесь происходит?
— А я знал, — подаёт голос Тэйран, с удобством развалившийся в мягком кресле за изящно сервированным столом.
— Ты здесь откуда? — выскальзываю из маминых объятий и оторопело перевожу взгляд с него на Каллахана-старшего. — Простите, но я ничего не понимаю.
— Я тоже, — тихо произносит мама.
На несколько секунд воцаряется гробовое молчание. Слышу завывание ветра, отгороженного тепловым пологом от террасы, где находится наш стол.