Дурное предчувствие давит на грудь, не позволяя дышать в полную силу. Сердце колотится с такой частотой, что Тэйран без труда слышит громкий, ритмичный стук.
И вовсю наслаждается моей безвыходной ситуацией.
Что-то сейчас точно произойдёт. Воздух звенит от напряжения, нарастающая паника вытесняет все лишние мысли. Один неверный шаг, и я буду отчислена.
Удерживая зрительный контакт, поднимаю правую руку. Пальцы трясутся, не позволяя мне крепко ухватить пуговицу на спортивной кофте. От резкого движения вырываю её с мясом, и она улетает в траву, теряясь между жёсткими, короткими стеблями.
Тэйран первым опускает глаза, жадно осматривая мою шею и ямочку между ключиц. Кадык дракона нервно дёргается, а кончик языка едва уловимо облизывает верхнюю губу.
Ненавижу!
Ненавижу тебя, Тэйран Каллахан!
— Нравится? — хрипло спрашиваю его, пронзая взглядом, полным бессильной ярости.
— Продолжай, — тихо, чтобы его слышала только я, отвечает мерзавец-дракон.
Влажные подушечки пальцев скользят по маленькой гладкой пуговичке, пытаясь вытянуть её из петельки.
Мир вокруг нас исчезает, сжимается до крохотного пятачка, на котором мы стоим друг напротив друга. Каждый борется за своё и не хочет уступить другому.
Я не позволю мечтам разбиться об непомерное самолюбие зарвавшегося ректорского отпрыска.
В памяти всплывают слова паренька с раздачи: “Ещё одна жалоба от группы лиц с подписью преподавателя…
Это не я уйду, Тэйран Каллахан, это ты будешь отчислен за попытку злоупотреблять данной тебе властью.
Третья пуговичка расстёгнута, оголяя часть простого белого лифа и светлую ложбинку между небольшими аккуратными полушариями.
Глаза Тэйрана застилает дымка желания. Именно она действует на меня как ледяной душ.
— Я отказываюсь.
Скрещиваю руки, закрывая ему обзор на грудь.
— Твоя команда возненавидит тебя.
— Я не гожусь на роль капитана, и вы прекрасно это знаете.
— Что ж. Повтори громко и вслух, — давит на меня Каллахан.
Сглатываю подступающий к горлу ком и едва не кричу:
— Я отказываюсь выполнять ваше задание, куратор.
Тэйран… Смеётся?
Запрокидывает голову и оглашает окрестности громким хохотом, а я боюсь повернуться к тем, кто пострадал из-за моего отказа.