В это весеннее утро я стою на просторной кухне возле большого окна, вид из которого падает на сад и широкий разлив реки вдалеке, и любуюсь рассветом, глядя, как поблескивает в ее водах лучи восходящего солнца.
Красивый вид. Умиротворенный. Ничего помпезного, но спокойно и тихо, будто цивилизация отодвинулась за горизонт, оставив нас здесь в одиночестве любоваться природой.
Наш с Ярославом новый дом не сравнится размерами с поместьем Стального Босса, но он достаточно большой и просторный, чтобы я только в последний момент услышала за спиной шаги мужа.
У этого мужчины врожденное умение двигаться с грацией хищника, вышедшего на охоту. Я ощущала его шаги, когда он представлял для меня опасность, встречала с замиранием сердца, когда он закрывал дверь в нашу спальню и находил меня. А сейчас приближение Ярослава несет с собой ауру защищенности и знакомой силы, и я ей рада.
Я стою у окна с чашкой кофе, в наброшенном на сорочку халате, и смотрю на сад, когда Ярослав подходит и обнимает меня за талию, коснувшись подбородком моей макушки.
— Привет, — сонно выдыхает в волосы. — Опять сбежала? Еще и семи нет, Марин. Для воскресенья слишком рано.
— Абрикоса цветет, посмотри. Так красиво.
— М-гу… — слышу в ответ. — Только на террасу одна не выходи, холодно.
— Не буду. Иди поспи немного. Я сейчас приду.
Я давно заметила, что у Ярослава какое-то особое чутье, что касается меня. Как бы тихо я не просыпалась и не вставала с кровати, даже если он глубоко спит, через минуту обязательно чувствует мое отсутствие.
— Тебе нельзя кофе, Марин.
— Можно. Это мое лекарство. Одну чашку в день врач разрешил.
— И все. Больше чтоб не пила! — ворчит Борзов, но за эти месяцы я уже поняла, что он умеет отказывать всем, но только не своей жене. Впрочем, я не капризничаю, просто без кофе жить не могу, и он это знает. — Какое-то чувство у меня беспокойное, — добавляет, — не хочется никуда лететь и оставлять тебя одну.
Уже днем Ярославу выезжать в аэропорт и улетать заграницу. Поездка намечена деловая и продлится три дня. Он уже несколько раз переносил ее, но последний раз Игорь настоял, что больше откладывать встречу с устроителями нельзя. Бой должен состояться, а значит, необходимо лично зафиксировать присутствие спортсмена и оставить подписи у юристов.
— Точно. Даже выходить никуда не буду.