— Да, Марина! Я так долго этого ждал…
Теперь перед глазами встала пелена и совершенно ясно: он не сможет остановиться, а мне на этот раз не сбежать. В этом мире для Мыши больше не существует защиты.
Но в начале улицы появляются огни автомобиля, и только это меня спасает.
Вырвавшись из рук Макара, я бегу к кованной калитке, на ходу отыскивая в сумке ключ. Забегаю в ненавистный дом, в гостиную, в свою спальню и закрываю дверь — захлопываю ее в тишине дома с оглушающим стуком. И наконец-то оставшись одна, приваливаюсь к двери плечом, поворачиваюсь на спину и медленно сползаю по ней вниз.
Сердце бьется заполошно, в висках шумит. Я поднимаю руки и сдавливаю их ладонями. Закрываю глаза, окончательно понимая то, что до последнего момента не хотела принять.
Я больше не хозяйка своей жизни.
Он входит в дом вскоре за мной. Я слышу за дверью его шаги. Подходит к моей спальне и стоит.
К черту! К черту тебя, Борзов! Меня бьет такая крупная дрожь, что я кричу, а слов нет.
И слез нет. Только опустошение и немая злость.
Как бы я хотела разрыдаться, но не могу. Для себя я не оставила даже слезы.
А он так близко, что это невыносимо.
Я заставляю себя встать, поднимаюсь на некрепкие ноги, включаю напольный светильник и раздеваюсь догола. Снимаю платье… смешно! И как я могла думать, что оно — моя защита?.. сминаю его и отбрасываю прочь. Избавившись от белья, бросаю его к платью, иду в ванную комнату и долго стою под душем.
Закрывшись в кабинке, греюсь под горячими струями, смывая с себя липкую грязь этого дня и сдирая осколки панциря.
Глава 13
ЯрославИдиот. Больше добавить нечего.
Тот редкий случай, когда сам себе готов признаться, что перегнул палку.
Но, твою мать! До чего же девчонка упряма! И язык, будто жало — достанет до печенки и впрыснет яд! А всего-то могла уступить и сидела бы сейчас дома, побрякушки на кухне перетирала. Или чем там себя женщины занимают?
Денег надо — скажи! Но нет, сама она заработать может! Рылом и манерами ей муж не вышел.
Проблемы у меня нашла. Уважения не хватает. Кольцо мое палец жмет.
А сама? Сначала улыбочки с сопляком, потом поездки с охранником. И еще неизвестно, чем она с ними наедине занимается. А лицо, ну чистый ангел — не подкопаешься. Только я не сопливый пацан, чтобы мной помыкать и со мной не считаться! Специально ее к бару привез — напугать хотел.