— Не трусь, — помогаю выбраться, к боку прижимаю и целую в висок.
Мама вперед выходит, осматривая презрительно Кристину. Явно готовит новые обвинения.
— В дом зайди, — приказываю холодно, — Остальных это тоже касается!
Младшие братья подталкивают своих жён, маме помогают. Жасмин останавливаю. Под моим взглядом девочка теряется, краснеет, глаза в пол опускает и платок теребит. Хотя она всегда стеснительной была.
— Пока мы к остальным не присоединились, ничего не хочешь мне сказать? — тихо спрашиваю."
"— Я не понимаю, — заикаясь, выдаёт, несмело глаза поднимая.
Крис под боком фыркает и, уверен, глаза закатывает.
— Я знаю тебя с самого детства и знаю, что ты бы не стала вредить мне.
— Никогда! — с жаром выпаливает Жасмин, вскинув голову.
— Кто-то заставил? Что-то пообещал?
Молчит, мотает головой, в глаза не смотрит. Мнётся.
— Хорошо. Дам тебе время подумать, малышка. Заходи, — отступаю, мотнув головой.
Жасмин торопливо убегает вперёд. Мы присоединяемся к остальным самые последние. Сажаю Крис на свободный стул и остаюсь за её спиной.
— Я говорила! — восклицает радостно мама и тянется к своим побрякушкам.
Раскрытой ладонью бью со всей дури по столешнице, пресекая попытки дотронуться. Крис вздрагивает и спиной к животу сильнее прижимается.
— Руки убрала! — цежу зловеще, обжигая собственную мать тяжелым взглядом. — Лучше признайтесь сейчас, принесите извинения Кристине, и мы замнём это внутри семьи.
— В чём признаться? — хмурится Назар, самый младший из братьев.
— Кто решил подставить мою женщину! — выпрямившись, укладываю ладони на плечи Крис.
— Серьёзно⁈ — вскакивает мама. — Ты нашёл у неё наши драгоценности и обвиняешь нас же⁈
— Значит так! — перебиваю родительницу. — Я буду у деда в кабинете и дам вам час, чтобы прийти ко мне и признаться. Если за этот час никто не явится, поступим по-моему. Так или иначе, я найду виновного, и ему не поздоровится.
Окидываю молчаливых родственников тяжелым взглядом. Мотнув головой братьям, подхватываю полотенце с украшениями, помогаю Крис встать и утягиваю её в кабинет деда.
Пропустив куколку вперёд, обхожу полутёмное, заставленное антиквариатом помещение и сажусь в кресло деда.
— Это не мы, — заявляет Самир, забегая следом. За ним маячит Назар. Знаю, что не они. Мои братья не опустятся до такой низости, чтобы женщину подставлять.