Как жаль, что его сердце сковано льдом! Как жаль, что она не сможет быть счастлива, если согласится жить в бешеном темпе его жестокого мира! Ну почему именно Том Северин оказался самым привлекательным и неотразимым из всех мужчин, которых ей когда-либо приходилось встречать?
Стук посуды на кухонном столе вернул ее к реальности. Кассандра моргнула и отвела взгляд, пытаясь придумать, как смягчить напряжение между ними, потом сказала:
– Мы скоро возвращаемся в Лондон. Если вы нанесете нам визит, я позабочусь, чтобы вас пригласили на ужин, и мы сможем обсудить книгу.
– Что, если она станет яблоком раздора между нами?
Кассандра рассмеялась и посоветовала:
– Никогда не спорьте с Рейвенелами! Мы не знаем, когда следует остановиться.
– Меня уже оповестили об этом, – рассмеялся Том. – Вам больше нравится, когда с вами во всем соглашаются?
– Нет, это слишком скучно. Оставайтесь таким, какой вы есть, каким нравитесь мне.
Выражение лица Северина стало непроницаемым, как будто Кассандра изъяснялась на иностранном языке, которого он не знал.
К его облегчению, напряженную ситуацию разрешил Девон, который быстрым шагом вошел в кухню и объявил:
– Я заказал новый котел на восемьдесят галлонов. В универмаге Уинтерборна такого нет, но владелец знает, где можно… – он вдруг словно споткнулся, наконец заметив, что их двое. – Кассандра, какого черта ты здесь делаешь? Где твоя компаньонка?
– Что тебя смущает? Здесь полно народу, – парировала Кассандра.
– И тем не менее! Никто из них не заменит компаньонку. И почему ты сидишь на полу?
– Я помогала мистеру Северину паять трубу, – весело ответила она.
Возмущенный взгляд Девона метнулся в сторону Северина:
– Ты что, допустил ее к открытому пламени и расплавленному металлу?
– А что здесь такого? Ничего не случилось, – защищаясь, сказала Кассандра.
Северин был слишком занят делом, чтобы пускаться в объяснения: наклонившись, собирал инструменты и укладывал в сумку.
Девон подал Кассандре руку, чтобы помочь подняться, и, окинув ее взглядом, застонал:
– Если леди Бервик об этом узнает, то будет метать громы и молнии не хуже Зевса. Только посмотри на себя!
Кассандра виновато улыбнулась, прекрасно понимая, что платье безнадежно испорчено: желтая ткань пропиталась потом и заляпана пятнами сажи.