— Не мели чепухи, Сабрина…
— Нет, ты вспомни: она вошла к тебе без спросу и без стука!
— Сабрина, у меня есть прошлое. Об этом ты знала с самого начала.
Сабрина не понимала, что вызвало в ней такую жгучую боль. От женщины, которая только что побывала здесь, следовало ждать неприятностей.
— Причем недавнее прошлое, — уточнила она.
— Теперь я женат.
— Но ведь ты вернулся сюда…
— Я распорядился, чтобы Рэли приготовил жилье к приезду моей жены; самому мне пришлось почти сразу покинуть форт. Я не могу извиняться за все, что произошло в моей жизни до женитьбы.
— Но эта женщина…
— Если Марлен не знала, что я женился и привез домой жену, значит, она единственная из обитательниц форта, до которой еще не дошла эта новость.
— Должно быть, она верная… подруга.
— Она мне вовсе не подруга. Просто давняя знакомая.
— Знакомая?!
— Ты намерена продолжать спор всю ночь? — осведомился Слоан, встав перед ней у камина.
— Я не спорю, просто сопоставляю факты. Я обращаю на них твое внимание затем, чтобы ты понял: наш брак — нелепая и смехотворная ошибка, — заявила Сабрина, яростно раздирая щеткой спутанные волосы.
— Насколько мне известно, наш брак состоялся, а ты пытаешься устроить скандал из-за пустяка.
— Из-за пустяка? — Сабрина вскочила, ухитрившись не дотронуться до Слоана, и отвернулась. — У меня нет ни малейшего желания устраивать скандалы, — ледяным голосом известила она мужа.
Она направилась в спальню — не слишком медленно, но и не слишком быстро, стараясь держаться невозмутимо и величественно.
Слоан догнал ее в дверях, поймал за плечо и заставил повернуться.
— Да, у меня есть прошлое. Но будь я проклят, если позволю ему помешать моему будущему!
— Отпусти меня, Слоан! Как ты смеешь так обращаться со мной!
— Я женился на тебе. Мне нужны жена и дети.
— Не сегодня.
— Нет, именно сегодня! — отрезал он.
— Слоан, даже если ты решил обзавестись семьей, это не значит, что я пришла к тому же решению. Позволь напомнить тебе еще раз: на свете есть немало других женщин, готовых с радостью разделить твою судьбу!
Слоан смотрел на нее в упор, его губы медленно разъезжались в улыбке. Глаза поблескивали, но Сабрина не понимала, что вызвало этот блеск — удовольствие или ярость.
— Мне не нужны другие женщины.