Он потянулся к Сабрине, поначалу встретил сопротивление, но в конце концов заключил ее в объятия. Он сожалел о том, что в нем вспыхнуло вожделение. Одержать над ним окончательную победу Слоану не удавалось. Ему хотелось хотя бы прикоснуться к Сабрине, привлечь к себе, почувствовать, как ее волосы щекочут ему грудь, подбородок, нос, вдыхать благоухание ее кожи. Его губы скривились в иронической усмешке: знала бы Сабрина, что искусству сдерживать свои желания он научился у сиу! Индейцы считали, что близость с женщиной отнимает у воина силу, поэтому молодежь училась бороться с плотскими желаниями.
Прошло немало времени, и Сабрина расслабилась, прижавшись щекой к груди Слоана и положив на нее ладонь. В таком положении она не замечала, насколько он возбужден. В комнате было тихо, минуты убегали одна за другой.
— Слоан! — наконец позвала Сабрина.
— Что?
— Что же нам теперь делать? Все произошло так неожиданно…
Она казалась безутешной.
Слоану удалось сдержать раздражение при мысли о том, что Сабрина относится к нему и к его ребенку как к обузе.
— Во-первых, ничего неожиданного не случилось. Мы отправимся домой, в положенный срок родится ребенок.
— Тоже мне дом — армейские казармы, — проворчала Сабрина.
— Из тебя получится замечательная офицерская жена! — сухо заверил ее Слоан.
— Но разве можно жить в казарме? — прошептала Сабрина.
Слоан вспомнил о многочисленных женщинах, которые преданно сопровождали мужей в путешествии на Запад, движимых лишь надеждой.
И любовью.
И, разумеется, верой. Эти женщины довольствовались вместо постелей одеялами, расстеленными под фургонами, ютились в наспех возведенных хибарах.
Слоан осторожно перебирал волосы Сабрины, изредка отдергивая руку, чтобы победить желание запустить пальцы поглубже в нежные пряди.
— Как ни странно, Сабрина, у меня есть дом. Такой дом, о котором ты мечтаешь, — внушительный особняк в Джорджтауне. Если моя тетя умрет, не оставив потомства, что вполне вероятно, ведь ей уже под пятьдесят, особняк достанется мне. Разумеется, это наследство со стороны Трелони.
— Значит, ты тоже мог бы выйти в отставку и поселиться в Вашингтоне, — проговорила Сабрина.
Слоан задумался.
— Да, мог бы.