— И вправду честь! — согласился он, и Шона вдруг оказалась там, где ей хотелось быть, — в объятиях Дэвида, прижатая к его груди.
Он уносил ее в тень под деревья.
Их окружал сладкий аромат листвы, золотые и малиновые полосы пробивались сквозь паутину изогнутых веток и падали на землю. Дэвид принес Шону к камням на берегу журчащего ручья — таким причудливым и громадным, словно их бросила сюда беспечная рука титана. Усадив Шону на камень, Дэвид поставил рядом с ней обутую в сапог ногу и скрестил руки на груди суровым жестом горца.
— Скажи на милость, что ты здесь делаешь одна? — спросил он.
Шона улыбнулась, отводя от лица прядь волос.
— Я не одна. Я в обществе могущественного призрака. Дэвид взял ее за подбородок и взглянул прямо в лицо.
— Шона, даже самый могущественный призрак не может поспеть всюду. Ты…
— Похоже, ты наделен даром бывать сразу везде.
— Да, миледи, пытаюсь, но боюсь, когда-нибудь не успею, ведь я не принадлежу миру мертвецов. Шона, тебе не следует разъезжать по округе в одиночку.
— Но послушай, Дэвид…
— Больше ты никуда не поедешь одна! — Пальцы Дэвида сжались. Шона стиснула зубы, приготовившись возражать. Но Дэвид вдруг отпустил ее подбородок, провел по щеке ладонью и мягко повторил: — Больше ты никуда не поедешь одна.
— Мне хотелось поскорее покинуть таверну, — пояснила она.
Он покачал головой.
— Старайся не оставаться одна, Шона, а тем более с кем-нибудь из твоих родных.
— Дэвид…
— Я прошу тебя. Она вздохнула.
— Ответ есть, и я найду его.
— Что же ты узнал? Он помедлил.
— Скажем так: я узнал, где надо искать, — заключил он.
— Где? — живо переспросила Шона.
— Когда узнаю точнее, я скажу тебе.
— Правда?
— Я пообещал сообщать тебе о том, что происходит. И выполню обещание, если ты прекратишь одинокие прогулки.
— Как вам угодно, лорд Даглас, — отозвалась она, боясь добавить хоть слово. Опустив ресницы, Шона слегка прикусила нижнюю губу и снова подняла голову. — Дэвид…
— Что?"
"— Только сейчас я любовалась угасающим днем… Красивые здесь места, правда, Дэвид? По долине разбросаны камни, струится кристальный ручей, надвигается вечер.
Он улыбнулся. Склонившись, он вновь приложил ладонь к ее щеке. Их лица сблизились. Здесь, среди деревьев, казалось, что, кроме них двоих, на земле нет ни одной живой души.