— Со мной все хорошо. Незачем так беспокоиться.
— О каждом человеке следует заботиться, — заверила ее Эдвина.
— У нее ободраны запястья и щиколотки — там, где ее связали, — напомнил Дэвид, вновь заговорив с ирландским акцентом.
— У меня есть мазь, которая залечит раны за одну ночь, — заверила Эдвина.
На пороге комнаты появились Гоуэйн и Алистер. Гоуэйн вошел вслед за Эдвиной и молча положил руку ей на плечо жестом ободрения.
— Пожалуйста, дайте мне для нее стакан воды, — попросила Эдвина, и Гоуэйн выполнил просьбу.
Сабрина смотрела на нее не моргая, а Эдвина повернулась к остальным.
— Она вскоре поправится и без моих забот, а потому я оставлю вас. — Она повернулась. — Гоуэйн, не угостите меня шерри?
— С величайшим удовольствием! — воскликнул Гоуэйн. — Брат Дамиан, не хотите ли присоединиться к нам?
Казалось, приглашение или его неожиданность изумили Дэвида.
— С удовольствием, но немного погодя. Благодарю за приглашение.
— И я не прочь выпить, да побольше, — заметил Алистер. Он прокашлялся. — Ястреб, твой приятель, мистер Мак-Грегор, ждет внизу.
Гоуэйн, Алистер и Эдвина покинули комнату. Дэвид закрыл за ними дверь.
— Теперь, когда Сабрине ничто не угрожает и пока мы не можем разузнать о похищении, нам остается уладить еще одно дело — с Шоной, — объявил Дэвид.
В его голосе вновь засквозила еле сдерживаемая ярость, которую Шона ощущала всю ночь. Ее охватил страх, но Шона по-прежнему не понимала, что стало причиной такого недовольства.
Даже брат Дэвида испытал неловкость при звуках его голоса.
— Может, вам стоит поговорить наедине…
— Нет, Ястреб, нам предстоит обсудить семейное дело, и мне понадобится твоя помощь — и зрение, — чтобы убедиться, что я не сошел с ума.
— Пожалуй, и мне следует присоединиться к Алистеру и Джеймсу… — начал Слоан.
— Слоан, ты знал моего отца как никто другой, — возразил Дэвид. — Как я уже сказал, это семейное дело. Сиу считают верных друзей братьями. Разумеется, Скайлар, ты тоже должна остаться.