А леди Морланд с удовлетворенной улыбкой скрестила на груди руки. Она знала, что победит.
Люси приподняла юбки. Кэсс была непреклонна. Как только королева отпустит Люси, придется пятиться, выходя из тронного зала. К монархам никогда нельзя поворачиваться спиной, и уход Люси обещал стать самым унизительным в истории.
– У меня есть к вам еще один вопрос, леди Люси, – сказала королева.
Люси судорожно сглотнула.
– Да, ваше величество?
– Почему вы хотите выйти замуж за герцога Кларингтона?
Люси сделала глубокий вдох.
– Сказать по правде, ваше величество, я сожалею о том, что он герцог. Я хочу выйти за него, потому что он самый лучший мужчина из всех, кого я когда-либо знала. Более преданный, любящий и добрый, чем можно себе представить. Я люблю его, ваше величество, и готова ради него на все. Даже прийти сюда сегодня в этом нелепом платье, с подобием птичьего гнезда в волосах и в корсете, который вполне может меня прикончить. И глупо улыбаться, и расшаркиваться, и вести себя как полагается – и все это ради возможности провести с ним остаток моей жизни.
Это довершило дело. Бедняжки принцессы потеряли дар речи. Их царственные рты одновременно раскрылись от изумления.
Люси оглядела зал. Мать Кэсс почти потирала руки от радости. А Кэсс так побледнела, что Люси была уверена – ее подруга вот-вот упадет в обморок. Это могло бы послужить тем самым отвлекающим моментом, в котором Люси так отчаянно нуждалась. Чтобы на нее смотрело бы как можно меньше людей, когда она станет пятиться из зала. «Падай, Кэсс, падай».
Королева, прищурив глаза, внимательно разглядывала Люси, постукивая пальцами по подлокотникам своего богато украшенного кресла.
– Я помню вас, леди Люси. Вы сказали, что вас не радует быть втиснутой в неудобную одежду ради соблюдения традиции. И вы скинули туфли, заявив, что они вам страшно жмут.
Люси закрыла глаза. О да, это была она, все верно. Она опустила голову.
– Да, ваше величество.
– А затем вы выдернули перья из прически и спросили вашу мать, закончилось ли уже это «проклятое дело».
Люси прижала два пальца к виску, пытаясь унять внезапно возникшую пульсирующую боль.
– Да, ваше величество.
Королева слегка подалась вперед.
– Вы единственный ребенок у ваших родителей, не так ли?
Это был неожиданный вопрос.
– Да, ваше величество. Мой брат Ралф умер, когда ему было девять.
Королева оглянулась на принцесс.
– Вы можете представить себе, девочки, каково это – совсем не иметь сестер?
Сочувственный шепот принцесс наполнил тронный зал.