– Кэсс зарыдала.
Люси заставила себя сдержать слезы. Рыдания ничем не помогут Кэсс, только еще больше расстроят ее. Нет, Люси обязана быть сильной.
– А что Пенелопа? Она не сказала, что постарается попасть туда, прежде чем… наступит конец?
Кэсс быстро замотала головой.
– Нет. Ничего подобного. Не думаю, что она собирается ехать.
– Что именно она сказала?
Кэсс выглядела слегка смущенной.
– Она сказала: «За кого я теперь выйду замуж? Я ждала Джулиана много лет. Теперь меня спишут в архив».
Люси нахмурила лоб.
"– Ох, Люси, Джулиан такой мужественный и замечательный. Он не заслужил этого. И я… мне так и не представилось случая сказать ему… – Голос Кэсс затих, сменившись рыданиями. Люси обвила ее рукой.
– Кэсс, – сказала Люси, сжимая плечи подруги.
Кэсс промокнула платком заплаканные глаза.
– Я хочу ему написать, Люси. Бог свидетель, я хочу. Сказать тебе не могу, как сильно. Но я… – Она судорожно вздохнула и снова покачала головой. – Я не знаю.
Люси сжала ее плечи сильнее.
– Почему нет, Кэсс? Какой теперь от этого вред? Ты ведь не хочешь, чтобы он умер, так и не узнав о твоих чувствах?
Кэсс деликатно высморкалась в платок.
Кэсс глубоко вздохнула.
– Прежде всего, я не знаю, насколько он плох. Очевидно, он написал Пен, что не рассчитывает выжить, но доктора не могут сказать, как долго он протянет.
Люси убрала руку и повернулась лицом к Кэсс, поднявшейся на колени и с мольбой смотревшей на нее.
– Ты этого не знаешь. Пока. Может, он умер, а может, еще жив и проживет достаточно долго, чтобы получить твое письмо. Разве ты не понимаешь? Ты должна попытаться.
Кэсс охватила дрожь. Лицо ее вытянулось. Казалось, несколько секунд Кэсс обдумывала эту мысль.