И плюс ко всему — прощай, чемпионат мира, карьера футболиста быстротечна, десять-пятнадцать лет — и вот ты никому не нужен.
Как-то безрадостно стало от таких мыслей, и я отогнал их. Посмотрим, как все сложится. Если и правда команда разбежится, то выбор будет сделан за меня.
Я повертел в руках телефон, открыл объявление о своей продаже машины. Нет, отменять продажу не стану. Все равно прямо сейчас в «Динамо» меня не возьмут в основной состав. Время подумать есть. Лизе ничего не скажу, да и не до того ей сейчас, а вот Димидко поставлю в известность.
На тренировку я опоздал, парни уже вовсю разминались. Димидко увидел меня и зашагал навстречу.
— Нерушимый, а не охренел ли ты? Думаешь, раз незаменимый такой, то можно приходить, когда хочется?
Он, конечно, прав. Но и неправ тоже. Мы остановились друг напротив друга. Я бросил взгляд на вратарей, которых тренировал Альберт Бойков, длинный, нескладный и молчаливый.
— Фамилия Ковалева тебе о чем-нибудь говорит? — сразу перешел к делу я.
— Алан? — уточнил Сан Саныч и помрачнел.
— Он самый. В «Динамо» звал.
— А ты?
— Видишь: я здесь. Пришлось потратить на него несколько минут, потому и опоздал.
— У меня хорошая новость: директор завода Самойлов вышел. Пока за начальника команды я, удалось выбить три тысячи зарплаты, три — премии за выигрыш. И все. Без Шуйского и Витаутовича сложно, разбаловали нас наградами. Как бы пацаны разбегаться не начали.
— Тоже этого боюсь, — кивнул я. — А что Левашов?
— Говорят, бухает.
Я спросил:
— Ты к нему не ходил?
Димидко виновато потупился.
— А что я скажу? Выходи, ты нужен нам как запасной? Я не могу его в основной состав поставить, ты же видел, что он не справляется.
— Воропай с Тишкиным ненадежны, — констатировал я. — Мы без подстраховки остались. Если кто травмируется — дыра.
— Давай разминаться, — махнул рукой Димидко. — Мне еще думать, как всех удержать и чем замотивировать.
— Я, кстати, Тирликаса видел в Москве, — вспомнил я. — Скоро он не вернется, у него мозги поплыли.
— Такого хрен найдешь, — вздохнул Димидко.
— У меня к тебе будет просьба, — наконец перешел к сути вопроса я. — Мне нужно отлучиться на обеденный перерыв и задержаться на час. Жизненно необходимо просто.
Объяснять, что отлучаться я собрался в больничку, искать врача для Лизы, который выписал бы направление на кровь, я, конечно, не стал.