Как назло, когда я решила завязать с ним, ну или с одной его частью, он появляется снова. Вот точно «Феникс» восстает из пепла. Через два года приехал, потом снова появился из ниоткуда, сейчас снова с шоколадом своим…
Как вот мне забывать о нем и отталкивать? Когда он такой красивый под окнами бегает. Его в толпе даже глазами искать не приходится – только его и замечаю, никого больше. И дело даже не в его расписанных татуировками руках или еще чем-то. Просто для меня все остальные одинаковые, а он другой.
Я так сильно влюбилась… Как дурочка просто.
И именно поэтому я поступаю так, как поступаю. Это самая банальная забота. Из-за отношений со мной у него было уже столько проблем, что мне просто совесть не позволяет и дальше ему их доставлять.
Бросаю еще один грустный взгляд на него и понимаю, что он тоже на меня смотрит. Они как раз бегут круг лицом в мою сторону, и он смотрит неотрывно, методично перебирая ногами и двигаясь дальше по земле.
Я не могу отвести взгляд. Не говорю ничего, даже не улыбаюсь. Как и он.
Я просто перед самым его поворотом, когда он перестанет смотреть, кладу в рот еще кусочек его шоколадки, таким самым странным образом благодаря его за сладость, и закрываю окно сразу, как он отворачивается.
А когда он посмотрит снова – меня там уже не будет.
* * *Путь до медпункта сегодня очень одинокий. Я душой надеюсь, что Сережа меня снова подхватит на нашем месте, как каждое утро, и доведет до работы, а умом понимаю, что будет лучше, если он не придет.
Но я слышу шаги позади и заставляю себя прикусить губу, чтобы не улыбнуться, а когда поворачиваюсь, то улыбка распадается сама собой.
Потому что передо мной Максим. И шел он явно точно за мной.
– А что же, малышка? Где твой провожающий? Ходил тут каждое утро, хвостом перед тобой крутил, как павлин.
Меня очень злит все происходящее. Его тон, его ухмылка, его поведение.
Где тот Максим, с которым я дружила два года? Где мой веселый и улыбчивый Макс? Что с ним стало?
– У меня имя есть, вообще-то, – говорю ему в лицо и продолжаю путь, потому что стоять и слушать всю его грязь я не готова совершенно. Мне даже обидно, что он такой. Я ведь всегда относилась к нему со всей теплотой.