Есть правда и хитрости, в масло деталь можно опускать, только ориентировав ее определенным образом, и нельзя, чтобы во время переноса нагретые детали контактировали с кислородом. На выходе получаем светлые каленые детали со следами легкой побежалости. Отпуск в щелочной ванне, потом оцинковка и готово.
Николай Николаевич взял в руки одну из профильных штамповок и попробовал её на скручиваемость.
— Однако, — пробурчал он, — а ведь чувствуется, что по весу значительно легче. И почему её не ведет?"
"«Ведет», это небольшое искривление деталей сделанных из листового металла, при термической обработке.
Пока несчастных случаев в цехе, где происходила термообработка, не случалось… тьфу, тьфу, тьфу, и по дереву надо постучать. Это благодаря технологу, отвечающему за весь процесс, у него не забалуешь, контроль жесточайший, дисциплина строже чем в армии, только что бегом не бегают. Кстати, директор с него пылинки сдувает и в обиду никому не дает, он прекрасно понимает, что другие на его месте вряд ли справятся, русское авось из сознания вытравливается не так быстро как хотелось бы.
— Если бы у нас была тонкая сталь с добавлением никеля и титана, деталь получилась бы еще легче. — Быстренько отвлекаю Поликарпова от технологических тонкостей.
— А сверлится она потом как?
— Нормально сверлится, если сверла правильно затачивать и не допускать заваливания режущих кромок. Конечно, не так легко как сырая сталь, но сверло ее берет.