Кто там возглавлял работы?
— Капитан Шибалин, летчик истребитель, — доложил Алексей Иванович, — недавно выведен из состава 41-го ИАП, на его счету девятнадцать сбитых немецких самолетов, награжден орденом Ленина, в декабре был удостоен звания Героя СССР.
— Это инструктор иркутского летного училища? — Проявил осведомленность Сталин. — Так он еще является и главным конструктором двигателя?
— Да, по существу он руководил комсомольско-молодежным коллективом, который спроектировал первый двигатель подобного типа, — доложил Шахурин.
Иосиф Виссарионович на секунду задумался, потом видимо что-то вспомнив, кивнул сам себе и спросил у наркома:
— Чем сегодня занято КБ моторостроительного в Иркутске?
— Месяц назад, КБ получило задание на проектирование турбовинтового двигателя мощностью в четыре тысячи лошадиных сил. В настоящий момент технический проект силами иркутского КБ уже составлен, ждем оценку от специалистов НИИ ВВС. В случае положительного заключения будет выработана окончательная позиция по включению проекта в план перспективных разработок.
— Это как-то перекликается с работами по реактивному двигателю ОКБ Болховитинова? — Спросил хозяин кабинета.
— Нет, товарищ Сталин, — возразил глава НКАП, — работы по турбовинтовому двигателю велись еще с тридцать седьмого года, был создан прототип, который не достиг расчетной мощности. Но тогда речь велась о двигателе мощностью в полторы тысячи лошадиных сил в сильно ограниченных размерах. Сегодня после создания двигателя М-133 мы подошли к пределу поршневых моторов, дальнейшее увеличение их мощности возможно только с увеличением их веса, да и технических трудностей хватает.
— Хорошо, мне понятна позиция Наркомата по этому вопросу, — кивнул Иосиф Виссарионович, и тут же продолжил, — а что за новый материал, которым начали обшивать самолеты иркутские авиастроители?
— Это стеклопластик, товарищ Сталин, — отозвался Алексей Иванович, — стеклоткань, пропитанная эпоксидными смолами.