Второй и третий выполнены из необъятных брёвен. Основательное сооружение и, к тому же, ещё и пристроек куча. Наш караван завели весь в полном составе на задний двор. Они даже заезжали видимо не с центрального входа. Конюшни в стороне. У нас кобыла будет пастись рядом с нами, а, значит, и убирать за ней тоже нам. Во дворе имеются большие плашки наполненные водой, рядом в бочки скинули пару мешков, видно, корм подкинули.
Вёрткий барон уже обнаружил, где можно разжиться сеном с соломой. В сарае, невдалеке от стоянки, набитом сухой травой по самую крышу.
Запас надо сделать обязательно, причём так его упаковать, чтобы и в телегу влезло, и на оборудование утеплённого местечка под телегой для удобства и, чтобы не продрогнуть ночью, когда придётся нести дежурство.
Перво-наперво, переложили по-новому верхний ряд мешков. Теперь основная нагрузка распределена на середину повозки. Сзади сделали небольшой закуток и, кроме того, спереди под удобное место возничему. Теперь у него едва ли не кресло вместо сидения получилось.
Животиной я сам занимался. И распряг быстро, и теперь вот во всю занимаюсь чисткой кобылки. Смирная, флегматичная, всё губами руку поймать пытается, надеясь, что вновь в ней обнаружится вкуснейший сухарик. Разделив его на четыре части я, под понимающим взглядом Шварца, скормил его лошадке. Серенькой масти, невзрачненькая, но, видно, молодая ещё, так и косится на невдалеке переступающего копытами конягу.
Все дела закончены. Время обеда, но, увы, никто так и не спешит нас кормить. А денег у нас нет ни гроша."
"– Так и с голода помереть можно. – простонал барон. – Вон, смотри, детвора местная и то с кусками хлеба по двору носится. Это видно и есть беженцы и переселенцы. Много народа, да и караван странный.