– Правда, гусыня ди Люстре изволила меня оскорбить, в связи с чем лишилась моего доброго отношения и сочувствия. Но видите ли, маркиз… Это ведь не моя идея. Я ваш очень личный ассистент и всего лишь передаю ваши распоряжения. Невесты-то ваши.
Лорд Риккардо, страдальчески застонав, откинулся назад, устроил голову на свернутом кафтане и сложил на груди руки, как покойник.
– Ждём вас к обеду. Сегодня гороховый суп-пюре и стебли сельдерея на закуску, – ничуть не устыдилась я. – Мы с Жоржеттой спланировали меню на неделю.
– А что из мясного?
– Чеснок.
– Что, простите? – Лорд даже перестал изображать усо́пшего, распахнул глаза и повернул ко мне голову.
– Вы забыли? У нас диета.
– Придётся сначала поесть и только потом идти обедать.
– Да, – согласилась я. А чего спорить с очевидным? – Кстати. Ко мне так и не приехала обещанная портниха. Как вы смотрите на то, что я возьму Лекса, и мы съездим в город? Я пройдусь по лавкам готовых нарядов.
– Отрицательно. Я не согласен оставаться в одиночестве на растерзание протеже её величества. Так что поеду с вами. Вот прямо сегодня после обеда и поедем! – постановил он.
– А как же вечерняя прогулка с курятником?
– Я милостив и великодушен, понимаю, что к здоровому образу жизни невозможно привыкнуть быстро, а потому дозволяю дамам отдохнуть."
"Я прыснула от смеха, но ответила серьёзно:
– Всё поняла. Так и передам. Ну… Я поползла. А то мне ещё проверять, как они справились со стиркой.
– Ползите, Эрика. Ползите, – с непередаваемой иронией отозвался мой шеф. После чего вдруг вспомнил: – Ах да! А куда вы дели моего сына? Его не видно и не слышно. Подозрительно.
– Он в библиотеке изучает «Науку о заговорах, секретных обществах и тайной войне». Я ему сказала, чтобы не возвращался, пока не разберётся в вопросах конспирации.
Маркиз ди Кассано сдавленно хрюкнул, но промолчал, переваривая информацию.
– Эрика! Вот ты где! – высунулась прямо из черепицы голова фамильного привидения.
Я не стала отвечать вслух, загадочно улыбнулась и молчком полезла обратно на чердак, прихватив по пути свою обувку. Потом выбралась обратно в коридоры виллы, отряхнулась, расправила жабо и манжеты и, слушая доклад Касселя о пропущенном мной постирочном конкурсе, направилась на улицу.
– Как успехи? – спросила я у взъерошенной и взмыленной – в буквальном смысле слова – стайки девушек.