Я скосила глаза на часы — было почти одиннадцать утра.
— Надеюсь, тебе никуда рано с утра было не надо? — потерлась я щекой о его плечо.
— Судебное разбирательство в десять, — проворчал он сквозь сон.
— Тогда мы проспали…
— Что? — распахнул он глаза. — Проклятье!
Мне отчего-то стало грустно. Как-то разом нахлынули и свои собственные дурные предчувствия, и предупреждения императора Фредерика. И на что я, собственно, надеюсь?
— И что ты помрачнела? Мы всего лишь проспали… — поприветствовал меня Ричард, когда я вышла из ванны.
— Не знаю, — честно призналась я.
— Будем считать, что ты просто не хочешь со мной расставаться. Дашь полотенце?
— А судебное заседательство?
— Разбирательство, — поправил он меня. — Без меня разберутся. И позаседают. Глядишь, я скандала лишнего не закачу генеральному прокурору.
Я протянула ему полотенце.
— Никуда не уходи, — велел он. — И не одевайся. Я сейчас вернусь и покажу тебе способ сделать утро понедельника вполне приличным.
Должна отметить, что милорд Верд слово свое сдержал.
Так что утро понедельника получилось не то что приличным — оно получилось волшебным…
— Перебирайся ко мне в комнату, — предложил он.
— Зачем?
— У меня кровать шире.
— По-моему, точно такая же.
— А когда это вы, миледи, были у меня в спальне?
— Все это время, дважды в неделю — там же делают уборку. А я контролирую.
— И почему меня там не было? — мечтательно протянул милорд Верд.
— Ага… твои комнаты и так вчетвером убирают. Только тебя там не хватало!
— Как вы можете, миледи… Вам все время должно меня не хватать, когда я отсутствую.
— Не без этого, — улыбнулась я.
— Перебирайся… У меня ванная комната лучше оборудована.
— А у меня картина замечательная, — кивнула я на подаренный натюрморт.
— Это та, что тебе понравилась в магазине?
— Да. А как ты узнал?
— Я просто распорядился, чтобы упаковали все, что тебе приглянется.
— Эдакий барственный жест, — съехидничала я.
— Ника… Ты опять?
— Снова.
— И вот как прикажешь тебя радовать? А что будет, когда я тебе драгоценности дарить начну?
— А можно без этого?
— Нельзя.
Я вздохнула.
— Ладно, поупрямься еще немного… — величественно разрешил он. — Пусть мои подарки будут у нас самой грандиозной причиной для выяснения отношений.
Он поцеловал меня и стал собираться. Попутно отдавал распоряжения:
— Имей в виду, что ешь ты теперь со мной.