Прищурившись, улыбнулась оскалом... Ну держись, грымза.
Я еще раз пригляделась к молодому дракону. Матрик, значит. А лицо-то знакомое. Я спешно вытащила из кармана карточку для танцев, пробежалась по ней взглядом. Ага, вот он... четвертый сверху.
Ну, считай, заочно знакомы.
Нацепив на лицо самую свою милую улыбку, поплыла лебедем огневолосым наводить знакомства.
— Доброе утро, оры, — сладко пропела и, склонив голову, зыркнула на бедного дракона. — Простите, но я в доме дядюшки немного теряюсь. Матрик, вы записаны в моей карточке, выходит, знакомы с Ульви.
Хлопнула ресничками и застенчиво смутилась. Ну а что, брат же сказал, что я робкая, нужно соответствовать нарисованному им образу.
— Дядюшки?! — Грымза уловила главную мысль. — Не припомню, чтобы у орина Сэтта была племянница...
— Ой! — Я прошлась по ней взглядом и сморщилась. — Вот и я вас не припомню, наверное, дальняя кровь на киселе. Да и Хэил о невесте точно мне ничего не говорил, а мы с милым родственником весь вечер вместе провели.
— Тогда чего же нас здесь собрали? — этот резонный вопрос задала мама Матрика. Он же смотрел на меня, странно поджимая губы.
Что-то мне подсказывало — ему весело. Или аховая с меня актриса, да и ладно. Я незаметно для всех ему подмигнула. Мужчина, чтобы не расхохотаться, кажется, кусал внутреннюю сторону щек.
— Да, скажите-ка нам, что мы тогда здесь делаем? — фыркнула Гюмзу, сложив руки на груди, чем вернула внимание к ней.
— Так известно чем, — я развела руками, — женят моего брата Ульви Уолша. Ищем ему избранную, — взглянув на вмиг повеселевшую Надию, решила расхвалить товар. — Он образован, естественно, привлекателен. Весел и активен. Метит в столичный университет магии преподавателем.
— Да-да, — вмешался Матрик. — Мы сегодня имели с ним приятную беседу. Он весьма осведомлен по многим направлениям.
— Кхм, — от неожиданности я закашлялась. — Конечно, брат желает мне счастья и слегка скромничает. Ну и не хочет, чтобы на него началась охота невест, вот и прикрывается мной, естественно, с моего согласия. К тому же мы выбираем ему жену по душе. Поэтому все не разглашается.
— Что вы несете, ора? — грымзе мои слова совсем не понравились.
Внутренне приготовившись давать отпор, замерла, услышав колокольный звон.