Только что ядом не плевался:
— Мелкая дрянь! Ты совсем не понимаешь, что творишь?! В твоих жилах кровь превратилась в ослиную мочу?
Кто бы говорил! Я уставилась в его горящие черным гневом глаза и прищурилась:
— Какая тебе разница? Ты же хотел меня убить!
— Я и сейчас хочу! — честно признался он все тем же злым шепотом, — Каждый раз, как вижу тебя, руки чешутся, честное слово!
— Руки?! — наверное мы походили на двух гадюк, выясняющих отношения. Я ему точно не уступала по силе злобного шипения, — Ты снова прислал мне отравленный ужин! Что, так не терпится? А сейчас страшно?
Хотела сказать «слабо».
Он моргнул и уставился на меня уже совсем по-другому. Нет, он, конечно, все еще злился. Но уже без фанатизма.
— Тебя снова пытались отравить?
— Ой, я тебя умоляю! Пытались! К гадалке не ходи, это был ты! Кому, кроме тебя выгодна моя смерть!
Я фыркнула и попыталась вывернуться из-под него. Но он уперся коленом мне в живот.
— Ты в большой опасности, Фриш. Как ты можешь быть такой беспечной?!
Фриш? Он назвал меня Фриш?! Красоточкой? Я ловила ртом воздух. Отчасти потому, что он мне все внутренности уже перемешал, разминая твердым коленом мой живот.
— Не смей! — из последних сил крикнула я, — Не смей называть меня так! Для тебя я Танеферт.
Наши глаза встретились. И я словно попала в чужой космос. Там мерцали загадочные звезды, складываясь в причудливые спирали незнакомых галактик. Опасная красота приближалась и приближалась.
— Неужели ты действительно готова была разделить наслаждение с первым встречным? — его губы задевали мои. Нарочно гад это делал, дразнил и издевался, — А если бы он оказался больным? Или одарил бы тебя семенем? А если бы и то, и другое? Если бы он излил в тебя больное семя?
Я представила себе и процесс, и последствия. Меня затошнило. Отчасти опять же потому, что его колено все еще давило на мой живот.