Мадди еще выше задрала подбородок и заставила себя подбочениться, услышав похвалу Нейтана, – то есть вела себя точно дурочка, которую и изображала. Правда теперь вышла наружу, и опровергать было нечего. Да, она продала себя тому, кто предложил наивысшую цену, и если эти аристократы презирают ее за это… что ж, так тому и быть.
Внезапно леди София всхлипнула и прокричала:"
"– Ему нет дела до того, что Дэвид умер! И ей тоже! Вы только посмотрите на них! Они оба рады! – Она вскочила со стула. – Я больше не могу это выносить!
По щекам ее струились слезы.
Пыл Мадди внезапно угас. Несмотря на адресованные ей язвительные замечания, она сочувствовала леди Софии, потерявшей мужа. К тому же леди София наверняка полагала, что со временем станет графиней Гилмор. И теперь, должно быть, испытывала шок, узнав, что другая женщина заняла ее место. Причем не просто другая женщина, а горластая актриса без роду и племени.
Но Мадди напомнила себе, что всего лишь играла роль, не более того.
Как только леди София исчезла за дверью, граф повернулся к старой вдове.
– Вам следует пойти за ней, матушка. Вы обе испытали ужасный шок.
Но леди Гилмор осталась сидеть на своем золоченом троне с прямой, как палка, спиной. Сжимая обеими руками набалдашник трости, она заявила:
– Глупости, Гектор, я останусь на месте.
– К чему столь неподобающие слова в адрес наследника графства, бабуля? – с улыбкой сказал Нейт.
– Уж только не вам, молодой человек, учить меня хорошим манерам, – фыркнула леди Гилмор. – Особенно после того, как привел в дом такую нечестивую женщину.
– Оскорбление нового члена семьи не может считаться хорошими манерами, – возразил Нейт.
– Немедленно прекрати! – Лорд Гилмор строго посмотрел на сына.
– И ты, отец, не изменился. – Нейтан подошел к подносу с чаем и, взяв кусок торта, отправил его в рот. – Боюсь, нам придется заново пережить наше прошлое.