— Домой? Меня подождешь? — с набитым ртом попросила Диана и отставила кружку. Поднялась и небрежно стряхнула крошки на пол. — Так.
Она открыла шкаф, повесила на плечо сумочку.
— Чего такая без настроения? — спросила сочувственно. — Достали детки?
— Немножко, — призналась и улыбнулась. — Не думала, что смогу преподавать.
— Главное — границы сразу расставить, — авторитетно заявила Диана, выходя в коридор, — чтобы на шею не садились. А то видят молоденькую училку и думают, что им все можно.
— Да, — кивнула, вспоминая Максима.
— Что вечером делаешь?
Мы уже вышли на крыльцо, залитое солнцем, и в плотном пиджаке тут же стало жарко. Торопливо спустилась по ступенькам, с ужасом представляя, что сейчас придется трястись в душной маршрутке.
— Пошли, подвезу, — предложила Диана и щелкнула брелоком сигнализации. Ей приветливо мигнула новенькая зеленая малолитражка. — Так что на счет вечера, планы есть?
— Какие планы, — с благодарностью двинулась за ней, — я же тут новенькая. Никого не знаю.
— Меня знаешь. Предлагаю рвануть в клуб, развеяться.
Качнула головой. И едва не споткнулась, когда заметила Максима, отделившегося от машины. Мой студент, широко улыбаясь, двинулся к нам, в руках — роскошный букет роз.
Это зрелище не укрылось от Агаты — тощей девчонки модельной внешности, чувствую, пока не появилась я — они с Максимом встречались.
И так же чувствую на себе ее гневный взгляд.
С нарастающим раздражением зыркнула на парня, цветы в его руках — и скользнула на раскаленное кожаное сиденье в машине Дианы.
Шварц совсем ума лишился.
На виду всего универа, с розами своими…
— Эмма Эдуардовна! — крикнул парень, догадавшись, что добыча ускользает и трусцой побежал наперерез. Нашей машине.
Хлопнул ладонью по кузову и улыбнулся до ушей.
— На пару слов можно?
Нельзя!
Захотелось выкрикнуть это, но в памяти тут же всплыло мужское лицо. Холодные, как льдинки, голубые глаза, упрямо сжатые четкие губы, едва заметные, пересекающие лоб морщинки.
Враг старшего Шварца и мой кошмар.
Артур уже звонил сегодня, интересовался, как у меня дела.
Три раза."
"И меня от одного его вкрадчивого голоса теперь в дрожь бросает. Главное — я знаю этот психологический прием, давление на жертву, жесткий прессинг, чтобы задавить все сомнения.
Я знаю прекрасно, но противостоять ему не могу. Потому, что еще лучше представляю, какие проблемы он мне устроит.