Ха! Все дело в том, что ему надоело ехать в одной карете с ней. Весь день он проскакал верхом рядом с каретой. Если рана в ноге и беспокоила его, то виду он не подавал. В Йорке Синджен тоже наняла лошадь. При этом она посмотрела на него с вызовом, как бы говоря: «Попробуй возрази!» — но он только пожал плечами, словно отвечая: «Деньги твои, и если тебе охота тратить их понапрасну — меня это не удивляет». Теперь она была рада, что он отказался ехать через Озерный край, хотя поначалу яростно с этим спорила. Он хотел попасть в Эдинбург самым коротким путем, и даже ее предостережение о грозной шпаге и трех пистолетах Дугласа не убедило его согласиться на кружной маршрут.
В то утро, когда они, скача верхом впереди кареты, пересекли наконец шотландскую границу, Колин натянул поводья и крикнул:
— Джоан, остановись на минуту.
Вокруг, насколько хватало глаз, возвышались горы Чевиот-Хилс, которые были вовсе не горы, а холмы, низкие и по большей части безлесные. Было очень красиво и пустынно, нигде ни единой живой души, ни единого жилища. Погода стояла теплая, безветренная, воздух был напитан крепким ароматом цветущего вереска.
— Я рада, что ты все еще не разучился говорить, — язвительно сказала Синджен.
— Попридержи язык, Джоан. Уму непостижимо, что ты сердишься на меня только лишь потому, что я отказался с тобой спать.
— Дело вовсе не в этом…
— Тогда в чем же? Может, ты до сих пор злишься из-за того, что мы не поехали через Озерный край? Но ведь эта твоя уловка настолько смехотворна, что на нее не попался бы даже круглый идиот!
— Нет, из-за этого я не сержусь.
— Во-первых, ответь: ты все еще хочешь выйти за меня замуж?
— А если я скажу «нет», что ты сделаешь? Заставишь меня силой, потому что тебе надо во что бы то ни стало жениться на мне, чтобы заполучить мои деньги?
— Возможно. Я об этом подумаю.
— Вот и отлично. Я не выйду за тебя замуж. Черта с два! Я говорю «нет». А теперь заставь меня силой.
Он улыбнулся ей, первый раз за последние четыре дня. Улыбка была неподдельной.