Или она лишь со мной так себя ведет?
Дэниел пригубил из чашки и помолчал какое-то время.
– Без понятия. Ты первая, кого я привел в Винтер-Касл. Но, думаю, дело не только в этом. Маме не нравится, что дедушка проникся к тебе симпатией. Я тоже удивлен, как быстро вы нашли общий язык. Он нам не часто открывается, а чтобы незнакомому человеку – ни в жизнь!
– Может, я не настолько незнакомый ему человек, как тебе кажется, – понизила я голос до таинственного шепота. Увидев вопрос в черных от полумрака глазах одногруппника, пояснила: – Раз бабушка осмелилась назвать его светлость по имени, значит, когда-то они были довольно хорошо знакомы.
– Ты же знаешь, что я в них не верю.
– Как и я. Что, если лучший друг, о котором говорил твой дедушка, и есть моя бабушка? А десертом она хотела напомнить ему о себе?
Дэниел потянулся за своей порцией торта и откусил немаленький кусочек. Он старался открыть рот пошире, но все равно вымазался.
Я давилась смехом, глядя на перепачканное лицо соседа по парте, который с серьезным выражением начал размышлять:
– На мой взгляд, лучшие друзья до конца жизни ими и остаются. Значит, не такими уж друзьями они были, раз перестали общаться. Нам ведь это не грозит, правда, Адель?
Он повернулся и встревоженно посмотрел на меня.
– Надеюсь, – только и сказала я. – Но кто знает, какая кошка между ними пробежала?
Внезапно мое ухо уловило удар башенных часов, затем еще один… Они отбивали начало нового дня.
– Что с тобой? – взволнованно спросила я с чашкой у губ.
Друг молчал, пока не прозвучал последний удар.
– Каждый год, в день рождения, ровно в полночь я загадываю желание, – он заглотил последний кусок десерта и запил шоколадом. – Своего рода традиция.
– И как? Сбываются? – я склонила голову набок и с усмешкой взглянула на Дэниела.
Именинник поморщился и тщательно вытер салфеткой губы, подбородок и пальцы, но в уголке рта и на кончике носа все равно виднелись следы крема, что вновь заставило меня улыбнуться.
– Ни разу. Но я не оставляю надежд.
– Что загадал на этот раз? – невежливо полюбопытствовала я.
– Если расскажу, тогда точно не сбудется, – совершенно серьезно произнес друг.