Правда, тоже слишком яркие и нечеловеческие. Но если зрачки Гарольда обжигали в неприятном смысле этого слова, то глаза незнакомца укутывают в уютный кокон и дарят приятную прохладу.
Разрываю зрительный контакт и слегка трясу головой. Либо этот дракон по–другому воздействует на сознание, либо он сам по себе такой притягательный, что я невольно тянусь к нему, и никакое это не внушение и подавление воли.
– А что вы сегодня делали? – мужчина смотрит на мня скептически.
Должно быть, я для него ненормальная, которая сама наехала, сама дотащила до кареты, а там зачем–то сама же и пристала.
"– Какая разница, что я сегодня делала! Мы занимаемся не тем! – всплескиваю руками. – Вас надо показать врачу! Мы теряем драгоценное время! Давайте, – подхожу к дракону и снова наклоняюсь к нему, дабы взять того под руки, – помогите мне! Знаю, рискованно так тягать, но по–другому вас не погрузить. Я ответственна за вас.
Напрягаюсь, чтобы приподнять незнакомца, но он меня останавливает.
– Не нужно, леди, я сам, – мягко останавливает меня дракон, – правда, сам. Вы либо совсем не знаете физиологию драконов, либо умело прикидываетесь. Никакой врач мне не нужен, но вы правы, у вас и впрямь могут возникнуть проблемы в связи с причинением мне вреда, и серьезные, – Делаю шаг в сторону от упрямца, а он тем временем еще подтягивается на руках.
– Вы что, красная девица, чтобы вас похищать? – смотрю на дракона, как на дурочка. – Я вас к врачу отвезу! – снова повышаю голос. – Чтобы потом не было ко мне претензий! А то знаю я, как оно бывает, сначала все нормально с человеком и его транспортом после аварии, но если не зафиксировать все повреждения, не задокументировать на бумаге, то после может появиться история о том, что его бросили умирать в неисправном транспорте!
– Вы же вроде впервые управляли каретой? Или до этого организовывали наезды на повозках? – усмехается мужчина.
– Нет, просто слышала, как оно бывает, – отчаянно краснею, а сама в легкой панике думаю о том, что не знаю, откуда во мне вся эта информация, да и вообще, туман в голове, содержащий мою жизнь до попадания сюда, становится плотнее.
– Ладно, слышали, так слышали.